Перемена

Пригласив на встречу, ее переносили на час позже, потом снова, потом снова. Марианна была в бешенстве. Родителям позвонили в тот же день. Так и не поговорив с нами, отправили домой.

Батя усадил меня за стол напротив себя и грозно уставился:

– Ну ты там… это… не хулигань.

– Да боже ж мой, орать на тебя некому! – Мама была в прекрасном настроении после гулянки на работе, и потому истерика была театральной. – С кем ты связался? Кто они такие?

– Одноклассники, как и Томаш. Мы кино снимаем, – сказал я, прикидывая раскадровку маминых метаний по квартире.

– Привлекай к себе внимание как-то скромнее. Ну, в конец концов, некрасиво урок срывать!

Порка наконец назначена на 14:00. Утром была литература, Марианна еле сдерживалась. Директор интересовался, когда клип посмотреть можно. Комиссия доложила о поведении учеников на уроке, объяснив это провокацией с нашей стороны. В администрации обсуждали опасность «малоизвестных» музыкальных групп для города Палатинск.

В этот же день мы признали, что нас знают примерно повсюду в городе. С нами знакомились, нас приветствовали. Нам жали руки старшеклассники, с нами фотографировались уже чаще. Трудовик, ничего не понимая, но сказал, что молодцы. Лиора и Славика даже гопники на крыльце узнавали. Подходили, предлагали помощь в решении вопросов.

Но главное, что ничего не понимали мы. Ролик вышел эффектным, он разошелся по всем телефонам. Его увозили с собой в лагеря, в спортивные секции, в кружки и музыкальные школы.

В итоге мы ждали в кабинете у Марианны, ждали расправы. Пахло фруктами. Особенность школьных запахов такова, что фрукты появляются только зимой. День учителя, время дней рождений. Палатинск северный город, лицей Северный, дарить фрукты в унылую зиму есть тон хороший.

Марианна вошла, не взглянула на нас. Мы стоим, как на расстреле.

– Садитесь. – Вбивая невидимые гвозди своим голосом, она указала на диван рядом.

Мы уселись на небольшой диван, впившийся в шкаф. Рядом на полочках лежала толстенная папка тетрадей, которую Лиор тут же опрокинул.

– Извините.

– Знакомьтесь с Марией, – холодно отозвалась Марианна, смотря поверх очков.

– Можно просто Маша, – раздался аккуратный, тонкий голосок.

Сбоку от нее и правда появилась женщина. Маша была очень маленькой. Субтильная женщина, со шляпой, с сумочкой, со странной челкой, ей было за пятьдесят.