Лицевая-изнаночная

С женой в разводе давным-давно, дочка есть у него взрослая, она с семьей отдельно живет. Ему 65 лет, но на пенсию пока не собирается, мужик он крепкий.

– И как зовут этого крепкого механика? – пошутила Нина.

– Сергей Семенович. Но все зовут Семёныч. В общем, вы друг другу подходите. Давай, собирайся, а то время уже, – поторопила Вера.

Нина опять взглянула на часы, стрелка подбиралась к половине пятого.

Она встала перед зеркалом, скинув с себя халат. В нем отразилась немолодая, но миловидная женщина, не утратившая природного обаяния.

Вера покачала головой, глядя на тронутые варикозом ноги, покатые плечи. Но потом гордо подняла руки к пышным и блестящим волосам, которым могла позавидовать даже молодая барышня. Сначала она собрала свою каштановую копну в пучок, потом распустила, потом опять собрала.

Решительно раздвинула дверцы шкафа-купе и глянула на свой гардероб.

«Много чести тебе, Семёныч!» – подумала она и достала оттуда свой повседневный наряд – темно-бордовую трикотажную кофточку и шелковую черную плиссированную юбку.

«Вот так! – гордо глянула Нина в зеркало, достала косметичку, прошлась пудрой по щекам, слегка подкрасила ресницы и губы.

Пока собиралась, опять глянула на портрет мужа.

«Игорь, прошу тебя, только не смейся надо мной. Мне и так не по себе, но я так устала от одиночества», – она обреченно опустила руки, постояла неподвижно пять минут, а потом вышла на улицу.

Стояло лето, но день выдался нежаркий, солнце время от времени пряталось за облака, слегка хмурилось.

Она взяла с собой легкую джинсовую куртку, вечером нужно будет возвращаться домой, а с реки всегда дует холодный ветер.

Их городок стоял на берегу одной из главных рек страны, поэтому половина мужчин работала в порту, и это было престижно, там хорошо платили. А вторая половина вкалывала на металлургическом заводе, и это было уже не так статусно, потому что вредное производство свело раньше времени в могилу многих крепких мужиков.

Вот и ее Игорь ушел из жизни слишком рано, не дотянул до 60-летия пару месяцев. Когда-то они вместе так радовались тому, что их единственный сын Андрей сумел устроиться не в горячий цех, а работал на том же комбинате, но в лаборатории промышленной электроники.

Нина шла по улице, теплый ветер пытался растрепать ее прическу, задуть под юбку, вырвать из рук небольшой пакет, в котором она несла коробку конфет.