Сны и кошмары фермера Сведенборга

Если так будет продолжаться, через несколько Лун Карлос сменит цикл и окажется в Гимназиуме в качестве ученика. По какой причине мудрый седобородый землепашец сознательно не посещает Дазайн? Не страх же контакта останавливает его? Опытный фермер достигнет Гармонии, даже если испытает на себе кровавые ритуалы императорских жрецов Науа. Кошмары – иллюзия, а вот чай после контакта – живая, нерушимая реальность.

– Позвольте вмешаться, – староста Иеронимус перебил Карлоса с мягким нажимом, – все видения, дарованные Эгрегором – благо для фермера.

Не хотелось бы ввести Мартина в заблуждение. То, что мы называем кошмаром – суть наша реакция на увиденное. Эгрегор при контактах затачивает наше сознание как мастер, что готовит инструмент для работы. – Иеронимус тронул ногтем лезвие своей мотыги, и она ответила коротким звоном. – Задача фермера – учиться и стать для Эгрегора идеальной мотыгой. Тогда разница между добрым сном и кошмаром пропадает, ибо и то, и другое имеет смысл, лежащий за пределами наших эмоций.

– Да-да, – Карлос опустил глаза, поднёс к губам пиалу с чаем, отхлебнул и плюнул под ноги.

– Брат Карлос, тебе нужен контакт.

– Я устал, подожду холодного сна, – Карлос тяжело поднялся и пошёл прочь, – добрых снов! – не оборачиваясь крикнул он.

– Лёгких кошмаров, – сказал Мартин.

– Ты быстро учишься, – улыбнулся староста.

– Итак, мы отвлеклись, – продолжал фермер Ипполит, – В Та-Кемет люди состоят из нескольких сущностей, называемым душами.

Рен – имя, которое записано в книге всего существующего. Одноцикловые люди очень дорожат именами. Пока они звучат, человек не исчезнет навсегда, даже будучи мёртвым.

– А что значит быть мёртвым?

– Смерть – это иллюзия из видений. Вот представь, что цикл кончился, а ты не появился. Всё на месте: Гимназиум, я, староста Иеронимус, Даниил, Омар, Сведенборг, – а тебя нет.

– А где я?

– Тебя нет нигде.

– Не понимаю. Вот брата Карлоса нет с нами, но где-то же он есть?

– Надеюсь, в Дазайне, – проворчал Иеронимус, – смерть – это когда человека нет нигде, куда бы ты ни пришёл.

– Но это абсурд! – воскликнул Мартин.

– Совершенно верно. И речь о том, как смертные люди эпохи Та-Кемет находят ему объяснение. Итак, первое, что определяет человека – имя. Это важная составляющая и нас, фермеров. Чем ближе мыслимые цивилизации подходили к концу времён, тем больше обесценивалось имя.