Железногорск. Это моя земля. #киберпутеводитель

А еще, что он обязательно будет ждать меня, когда я захочу с ним поговорить. И что он покажет мне как растут деревья и загораются звезды. Бабушка, можно мы съездим с тобой туда? Я хочу вас познакомить!

– Чудо ты мое, – бабушка обняла крепко внука. – Обязательно съездим. Обязательно! А пока спи. Можешь подумать, что ты спросишь у того человека.

– О! У меня к нему много вопросов.

Людмила Степановна поцеловала внука и вышла из комнаты. Дочь к тому времени уже заварила чай.

– Долго вы сегодня… много впечатлений от поездки?

– Не то слово, дочка.

Кажется, охота близится к завершению. И кто бы мог подумать, что через шесть поколений внучка знахарки влюбится в охотника?

– Мама!

– А что такого? Теперь ваш сын наконец вернет былое величие лесу. Он уже открыл свою душу людям. Главное, не потерять его доверие вновь. А это зависит от каждого из нас.

Справка об объекте

Олень-гора, координаты: 56°7’48"N 93°28'0»E

Из поколения в поколение передается легенда о том, что некогда на гору перед рукотворным озером выходил олень.

На протяжении нескольких лет жители выкладывали на горе из камней фигуру оленя, зачастую с олененком, подкрашивали камни в белый или коричневый цвет. Эта композиция все лето была видна с противоположного берега. Местные жители считают это место местом силы.

.

Пасхальный рассказ

Автор: Решетнёв Сергей

По образованию сценарист. Работал журналистом, редактором газеты. Публиковался в журналах «Юность», «Семья и школа», «После 12».

Победитель драматургического конкурса «Русская мечта» (пьеса «Лошади в космосе»).

У этой истории пока нет счастливого конца. То есть она совсем не пасхальная. В театральном классе, который я веду в школе-интернате, у меня занимается группа – десять девочек. Одна к одной смышленые, все разные и талантливые. И тут я не как педагог, который болеет именно за своих детей, говорю, а вижу, будто со стороны, какие они. Каждая достойна рассказа. У каждой судьба.

Они непростые, они много кричат, или наоборот молчат, могут и подраться, прямо на занятии, легко плачут, но быстро могут стать железобетонной опорой и стоять на своём насмерть. И при этом нет смертельно обиженных, опасно замкнутых, при всех трудностях проживания в интернате, в таком большом, порой жёстком коллективе, в них сохранятся что-то бесконечно трогательное.

– Зачем вы нас учите? Нам ведь ничего не светит.

– Вы себя недооцениваете.

– Мы знаем.