Железногорск. Это моя земля. #киберпутеводитель

Сверкая дикими черными глазами, заметалась по комнате. Лина зажгла свечу перед иконой, открыла молитвослов и стала читать «Отче наш». Крики прекратились.

Вскоре дочь подросла, и Лина вернулась на работу. Хотела быть счастливой, а на душе – тоска. Спрашивала: «За что? Я же никому не делала зла?» Тогда выходом казались бабки-ворожеи, которые «гадали на женихов, снимали порчи…»

А однажды на работу к Лине зашёл священник, и она ощутила спокойствие, благодать, которые исходили от него. Поделившись переживаниями с подругой, Лина в ответ услышала предложение вместе сходить в храм.

Девушка считала себя современной и неверующей. Разволновалась: «А вдруг я что-то не так сделаю, или скажу, или оденусь не так?» Подруга развеяла сомнения: «Ты же к Богу идёшь! Ему не важно, какой у тебя макияж, юбка на тебе или джинсы».

Лина стала ходить в храм на службы. Как-то раз ей посоветовали причаститься. Что это? Зачем? Не понимая сути происходящего, Лина выполнила все предписания: выдержала трехдневный пост, вычитала молитвы.

Каноны и службы казались бесконечными. Но после первого причастия за спиной будто выросли крылья…

Суета очень быстро отобрала волшебное ощущение. Поиски счастья и утешения отправляли то к психологам, то к друзьям, то на вечеринки. Но где-то на краю сознания осталась память о чудесном моменте. Бывало, заходила в храм и сидела пока никого нет…

Время шло, радость от общения с Богом и Святыми Его сменилась обидой и претензиями.

Почему ничего в жизни не меняется? Сердце зачерствело, началась борьба. Убеждала себя и других, что никакого Бога нет! Но есть трудолюбие, умение ставить и достигать цели.

В трудолюбии сбылась давняя мечта – учиться музыке. Ах, какое это было время! Однокурсники позвали петь в церкви. Тогда и начали таять богоборческие настроения. В любом доме Божьем становилось светлее на душе, но оставалось странное чувство, будто в гости зашла. Начались поиски своего храма.

Много времени шло строительство. Батюшка благословил служить акафисты в недостроенном здании. И то, что невозможно человеку – возможно Богу: нашлись благотворители, пошло дело. Преобразился храм. И несмотря на то, что кругом строительные леса, банки с краской, смеси в мешках, душа храма – дома. Постепенно клирос стал почти семьёй, а прихожане – родными. И иконописец написал красивые иконы. И к батюшке шли на исповедь и получали утешение.