Хороший человек. Из цикла «Рассказы в стиле Дзен»

Дело в том, что буддисты говорят, что у людей бывает всего две мотивации: каждый человек хочет обрести счастье и каждый человек хочет избавиться от страданий. И что никакого злого умысла у людей нет. Зло – это лишь побочный эффект стремления людей к счастью и избавлению от страданий.

– Это ты к чему? – спросил Женя, наконец отвлёкшись от стихов.

– А к тому, что тот мужик, который сверлит по вечерам…

– Конченый? – иронично перебил Женя.

– Аха-ха-ха! Это да. Но вопрос – почему он конченый?

– Да, просвети, мать.

– Ну хватит! На самом деле – за своим сверлением он прячется от пустоты, от проблем, и ремонт помогает ему избавиться от страданий.

– Ага! И ещё бухло ему помогает избавиться от страданий… Он одну дырку за день просверлит, а вечером обмывает это великое событие! «Я, блядь, просверлил дырку! Я великий человек!»

– Да погоди ты! И вот, когда понимаешь, что на самом деле никакого злого умысла нет, а просто кто-то хочет избавиться от страданий, тогда ты вместо гнева испытываешь сочувствие.

– То есть ты хочешь сказать, что, когда этот мужик сверлит, а мой ребёнок при этом просыпается в ужасе, я должен проникнуться сочувствием к этому хмырю?

– Получается, что да. Ведь он делает это не со зла. Он просто не знает, чем ещё можно заглушить страдание. Но на время ремонта его ум занят, и он, соответственно, в этот период не страдает и, по сути, счастлив.

– Я рад за него! Но почему, скажи мне на милость, из-за его стремления к счастью должны страдать другие?

– В том то и дело: ты страдаешь потому, что считаешь, что этот мужик специально, как бы со злым умыслом сверлит.

Но если ты убедишь себя в том, что он просто страдающий человек, тогда, проникнувшись к нему сочувствием, сам перестанешь страдать, ведь одновременно с сочувствием мы не можем испытывать страдание. В одно время мы можем испытывать только одно чувство. И вот эта молитва, точнее, мантра, помогает нам постоянно напоминать себе, что никакого злого умысла у людей нет, и тогда мы всё больше и больше проникаемся сочувствием ко всем существам и сами страдаем всё меньше и меньше. Ферштейн?

– Фертштейн. Но, согласно этой же логике…

– Бдыщ! Бдыщ! Бдыщ! Тррррррр! Тррррррр! Бдыщ! – адские звуки прервали его речь.

Ребёнок вновь проснулся.

– Ну что, мать, – язвительно спросил Женя, – проникнемся сочувствием?

Ленка отмахнулась от него и пошла в комнату к ребёнку.

Женя вновь надел ботинки, накинул куртку и вышел на площадку.