Действующие лица

Тётя Аня хочет забить всеми своими вопросами типа «ну хотя бы чуть-чуть интересно?» эту гулкую нежилую тишину, эту пропасть разницы в возрасте между нами и ею. Нам, видимо, тоже неловко, поэтому мы постоянно смеемся над ней и над всем, что вокруг. Смех заводится с полуоборота. Тётя Аня добродушно не обращает на это внимания.

Она говорит нам: «Вы как хотите, а я поем», она предлагает печенье со сливочной начинкой, она даёт каждому в руки по чайному пакетику. И мы держим в руках эти пакетики, и смешно оттого, что вся она такая нелепая, что половины слов ее речи не разобрать.

Но при этом она хранитель библиотечного фонда и, в общем-то, неплохая женщина. Я вытряхиваю из выданной мне желтой чашки ошмётки сушеной рыбы и завариваю свой пакетик.

Солнце рикошетит от шпиля Петропавловки и согревает гравий, пропитанный льдом. Устоять очень трудно. Танки, пушки, ракетный комплекс. Мелкими шажками, чтобы не грохнуться, я иду через двор музея в сторону служебного выхода мимо гаубиц, которые почти одинакового цвета с мерзлым газоном.

Меня попросили отнести тяжеленные книги на реставрацию из одного крыла здания в другой. Проход внутри здания перекрыт по какой-то причине.

– Только ты осторожнее с книгами, – говорят они мне. – Поскользнешься – повредишь.

– Да там и ногу можно вообще-то сломать, – говорю.

– Мы приходим и уходим, а книги остаются, – слышу ответ.

    2009

***

Таня – прилежная аспирантка филфака. Таня работала в школе, работу сочла неблагодарной.

Теперь Таня корректор. Очень старательный корректор – выработка средняя, качество удовлетворительное.

Таня ходит по офису на цыпочках, изо всех сил стараясь не стучать каблуками. Таня стремится сочетать женственность со скромностью, вернее застенчивостью невзрачной отличницы без запаха, которая всегда завидовала бойким красавицам-одноклассницам. Таня набожная, Таня восторженно-радостная, старается не молчать во время работы, не даёт офисному воздуху загустеть.

Таня любит Седакову и Бродского, Таня выразительно произносит «ха-ха-ха», даже чёрточки слышно.

Иногда Таня плачет. Не в голос, не взахлёб, но так, что это трудно не заметить – смотрит в монитор, красные глаза, опухшее лицо, белый носовой платок. Коллеги не знают, как реагировать, поэтому молчат. Или тихонько спрашивают по электронной почте, всё ли в порядке. Мало ли, умер кто. Всё хорошо, отвечает она, у меня бывает. А ты наблюдательный. Спасибо.