Действующие лица

И она мне ответила что-то такое… А! «Я летала с тобой в облаках, а потом упала в пропасть, но не туда… И теперь у меня болят крылья».

Прикинь, да? Я ржал как не знаю кто.

    2008

***

И эти выродки диплом получить мне не дали. И дачу в Сестрорецке сожгли вместе с бабкой. Я приезжаю, а там какие-то люди – документы показывают, что теперь это их собственность. А солнце-то ревёт, плазма сгущается, вы слышите, слышите? Ничего, ничего, радуйтесь, скоро так ебанёт!..

    2007

***

Нет, ручку не возьму.

Только стержень. А то люди будут горбатыми. Это необжитый лес. Спасибо, спасибо, что вы ручку подарить мне хотите, вам надо косточки посмотреть. Я подумаю, какой зверь. С этого момента будет болеть, следите. Необжитый лес, ветрянка, лисица, кальций.

    2007

***

Пенсионеры толпятся у входа в «Алые паруса», которые вот-вот должны открыться. Кассирши выносят букеты воздушных шаров и раздают их столпившимся. Сначала все охотно берут, как если бы это могло ускорить открытие.

Потом старушки устают держать шарики. Отдают внукам, но у тех есть свои. Тогда бабушки говорят более требовательно – деточка, возьми пожалуйста! Девочка нехотя берёт третий шарик – теперь красных больше, чем белых, и она ищет второй белый.

Вторым белым елозит по ступенькам женщина с ДЦП. Парень в строгой рубашке фотографирует свой шарик смартфоном.

Другой парень в джинсах скинни и со свирепым лицом ласково называет свою девушку с пластмассовым цветком в волосах пиздаболкой.

Ей не обидно, но несколько неловко перед другими. Особенно смущается, когда он орёт в телефон «чё, бля» и уходит в сторону. Она демонстративно качает головой, влюблённо глядя ему вслед. На вид ей лет пятнадцать.

Словоохотливая старушка (вообще их всех точнее было бы назвать пожилыми женщинами – такие они тут, в Дорогомиловском районе, почтенные, небедные, улыбчивые) говорит, показывая на ближайшую многоэтажку, возвышающуюся над набережной: «Я живу тут».

Дальше улавливаю только обрывки – «строят дома, квартиры», «а больше у нас ничего нет», «ничего не производят в России, всё оттуда везут, так проще!», «никто на земле работать не хочет, одна торговля, ехали б в свои города, там бы».

Проходящая мимо девушка говорит своей спутнице: «Такая очередь, будто им тут бесплатно еду раздают». Толпа начинает нервничать, всё труднее выглядеть никуда не спешащими сибаритами, оказавшимися тут случайно. А когда, когда откроется? Не знаю, должен. В четыре якобы.