Смерть пахнет маргаритками

И я ему нужна просто, чтобы отвлечься от своей боли.

Что мне оставалось делать в этой ситуации?

Я была в полном отчаянии и объявила всем, что повешусь. Больше нет сил бороться. Я сдаюсь.

Я чувствовала себя как на публичной казни. Как я лежу, едва держась на руках, и как близкие и родные смотрят на меня и ждут представления с мыслью «а как же она теперь выкарабкается?» Марат видит толпу зевак. Ему говорят: «Это Аню твою казнят». А он не верит: «Не, не может быть. Она ж сильная, она встанет», – и проезжает мимо.

На самом деле я искала помощи и мне обещали помочь. Но в итоге не помог никто. Все как будто хотели посмотреть на меня униженную и жалкую. Кое-кто так и сказал мне: «ты такая жалкая сейчас и мне так приятно смотреть как ты унижаешься». А кое-кто другой так и не смог найти способ переправить мне деньги из США. Но это, конечно, полный абсурд. Над этим смеялись все мои знакомые, у которых я пыталась узнать, как можно перевести сейчас деньги в Россию из США и есть ли сейчас ограничения.

Я действительно оказалась раздавленной, униженной и поверженной.

Я не просто попала на мошенников. Я продолжала цепляться и верить людям, я ждала, что мне хоть кто-нибудь поможет.

На даче уже очень холодно, а ремонт в долг никто делать не хочет.

В этот момент моя подруга и предложила пожить в ее доме. Прийти в себя, накопить какие-то суммы и потихоньку отдавать долги, не боясь замерзнуть и без мыслей о суициде.

Конечно, решиться было трудно. Я не знала, как все сложится. Но все-таки я согласилась.

Глава 7. Пиратка

Когда мы приехали сюда, у нас была, можно сказать, миссия – приручить трех котят, которых подруга подобрала дикими и брошенными. Котята очень боялись людей. Один из них почти никогда не вылезал из-под дивана. Выходил только попить, покушать и сходить на лоток. Его зовут Пират. У него нет одного глаза, и он абсолютно черный. Двое других котят серые – дымчатый Сумрак и пушистая Глашечка. Эти двое приручились довольно быстро, а вот с Пиратом все было сложнее.

Когда он выходил, то садился в сторонке наблюдать – что же происходит с другими котятами. Он видел, как мы их гладили и брали на руки. Постепенно он перестал бояться наших передвижений, но сразу убегал, как только мы пытались погладить его.

Однажды я заметила, что он больше не убегает, если поднести к нему руки, а просто замирает в ожидании. Как будто ждет, чтобы его все-таки погладили. И в какой-то момент я поймала его и взяла на руки.