Модная лавка

) Так, не дадут рта разинуть, благо было доброй барин сыскался; – вот и стой там опять, как вкопанный. Уж куда, я чай, весело жить, кому говорить-то не мешают.

Маша. Ну, сударь, сладили ли вы?

Лестов. Я? Ты видишь, с меня пот льет градом; – этот злодей душу из меня вытянул, и я ничего не мог…

Маша. Оставьте его; я проворнее вас. Теперь уйдите и приезжайте часа через два, – ваша милая будет здесь.

Лестов. Как! неужели? Ах, как ты любезна, Маша! – Надобно, чтоб я тебя расцеловал…

Маша. Тише, сударь, тише, оставьте что-нибудь вашей любезной.

 – Посмотрим еще, каков-то ваш вкус. Уйдите ж, уйдите, чтобы не подать подозрения.

Лестов. Машенька, я обещаю тебе…

Маша. Ох! не обещайте, сударь! Я слышала от деловых людей, что это очень дурная примета для тех, кому обещают.

Лестов. Прощай же. В госпоже не посчастливилось, в слуге не удалось, – пойду и подошлю лазутчика к кучеру.

Явление седьмое

Сумбурова, Маша и Антроп.

Сумбурова. Все прекрасно, моя милая!

Антроп.

А! барыня! ну вот тебе раз!

Сумбурова(Антpony.) Что там еще?

Антроп. Да вить это барин-то тот, что, помните, прошлого года… а нам было сказали, что он убит, и бедная барышня так плакала. То-то я гляжу, стало, что он жив!

Сумбурова. Перестань врать и поди лучше к карете. Ты что рот разинешь, то соврешь.

Антроп. Ну, да уж я точно догадался, что его не убили.

Явление восьмое

Сумбурова и Маша.

Сумбурова. Скажи ж, моя голубушка, своей мадаме, что мне много, очень много надобно будет самых модных уборов и материи в кусках.

Я падчерицу хочу нарядить, как куколку; она у нас первая невеста по всему уезду, да и выдаю же ее за своего родственника, так чтоб, знаешь, не ударить лицом в грязь.

Маша. Извольте уже с ней приехать; мы возьмем мерку, и я смею уверить – вы будете довольны нашим искусством.

Сумбурова. Да, да, душа моя, мы таки сами сюда приедем; я бы и на дом за вами прислала, да у меня муженек такой брюзгливый и упрямый, что с ним не сладишь.

Ну, что ты будешь делать! Ни французских лавок, ни французских товаров; да не здесь будь сказано, и французов-то терпеть не может; ему вот все дай русское; а что у нас хорошего-то сделать умеют? – Кабы не ваши мадамы, так, прости господи, хоть совсем без платья ходи!

Маша. С вашим тонким вкусом вам бы быть знатною барынею!

Сумбурова. Я-таки, душа моя, по всей нашей округе первая помещица.

Маша.