Домби и сын

– Я понимаю, – сказалъ онъ, поворачиваясь въ креслахъ, какъ заведенная безжизненная машина, a не какъ существо изъ плоти и крови; – вы б?дны и вы желаете заработать деньжонокъ чрезъ воспитанiе дитяти, моего сына, который такъ рано понесъ нич?мъ незам?нимую потерю. Я съ своей стороны не прочь пособить вамъ. Судя по всему, вы годитесь для моего сына. Но прежде ч?мъ вы войдете въ мой домъ, я долженъ предложить два-три условiя, и отъ васъ будетъ завис?ть принять или не принять ихъ. Какъ ваша фамилiя?

– Тудль, – отв?чала молодая женщина.

– Во все время, как вы пробудете y меня, – продолжалъ м-ръ Домби, – вы должны прозываться «Р_и_ч_а_р_д_с_ъ»: это обыкновенная и очень приличная фамилiя. Принимаете ли вы это условiе? Посов?туйтесь съ мужемъ.

Но почтенный супругъ только скалилъ зубы и безпрестанно подносилъ ко рту правую руку, отчего ладонь была y него очень мокра. М-съ Тудль толкнула его два или три раза; но такъ какъ это его нисколько не образумило, она учтиво сд?лала книксенъ и сказала, что, в?роятно, дадутъ ей особую плату, если она перем?нитъ свою фамилiю.

– Само собою разум?ется, – отв?чалъ м-ръ Домби. – Но объ этомъ р?чь впереди. Теперь вотъ еще условiе: во все время, какъ станете вы, за изв?стное вознагражденiе, воспитывать моего сиротку, я желаю, чтобы вы какъ можно р?же вид?лись со своимъ семействомъ. Потомъ, какъ скоро услуги ваши сд?лаются безполезными и денежные счеты будутъ между нами кончены, я хочу, чтобы съ того времени прекратились вс? сношенiя между нами.

Понимаете ли вы меня?

М-съ Тудль, по-видимому, не совс?мъ вникла въ смыслъ этого условiя, a супругъ ея попрежнему скалилъ зубы, вовсе не обращая вниманiя на разговоръ.

– У васъ есть свои д?ти, – продолжалъ м-ръ Домби. – Въ нашу торговую сд?лку отнюдь не входитъ, что вы обязаны полюбить моего сына или чтобы мой сынъ со временемъ полюбилъ васъ. Я не ожидаю и вовсе не желаю чего-нибудь въ этомъ род?.

Совс?мъ напротивъ. Какъ скоро вы отойдете, торгъ нашъ оконченъ, условiя выполнены, и вы не должны больше знать моего дома. Ребенокъ перестанеть васъ помнить и вы, если угодно, можете совершенно забыть моего сына.

Яркiй румянецъ покрылъ и безъ того красныя щеки м-съ Тудль. Она потупила глаза и отв?чала:

– Над?юсь, сэръ, я знаю свое м?сто.

– Конечно, конечно, – продолжалъ мръДомби, – я ув?ренъ, что вы отлично понимаете свое м?сто.