Запертое эхо

 – Она положила на стол крупную купюру и встала, накинув на плечи свое изысканное черное кружево. – Сегодня я угощаю. Считайте, это предоплата.

– Рене, – остановил я ее, – спасибо.

Она лишь улыбнулась и кратко кивнула. Эта женщина восхищала меня все больше. Вернувшись домой, я не мог уснуть, прокручивая про себя этот диалог. Сколько мудрости вмещало сердце певицы «Глории»! Что же таилось за этим? Какие повороты судьбы заставили ее думать так? Все больше вопросов роилось в голове. Зато одно я понял окончательно – все зависит только от меня.

Вот так просто время стенаний завершилось.

Весь следующий день в перерывах между рабочими делами я провел над газетой с объявлениями. Первый шаг – найти свое жилье, которое можно преобразовать в мастерскую. Это оказалось не слишком просто, но я не раскисал. Встреча с Рене послужила хорошей оплеухой. Теперь я заходил в «Глорию» раз-два в неделю, и всегда мы с ней судачили то о том, то о сем – она контролировала перемены в моей жизни, и это не могло не льстить моей самооценке.

К тому же мне начало казаться, что мы стали приятелями. Да и в «Глории» меня стали узнавать, что немало повышало мой статус хотя бы в глазах окружающих. Рене успела познакомить меня с некоторыми влиятельными людьми: сама она не была от них в восторге, но считала, что они могли бы в чем-то мне подсобить.

– Мне кажется, я оставляю здесь половину своего жалования, – сказал я шутливо, когда нам принесли ужин.

– Считай это вложением в свое будущее! – Пару недель назад мы перешли на «ты».

 – Я рассказала о тебе одному знакомому. Он может взять тебя на более престижную службу. Стоит только ему понравиться. В конце месяца он придет меня послушать, будь тут.

– Всенепременно.

Она поджала губы, как делала всегда в минуты довольства.

– Я нашел неплохую комнату. – Это был настоящий повод для гордости. – Когда я ее сниму, можем заняться твоим портретом.

Было странно, что мы так открыто общаемся спустя какие-то два месяца знакомства. Мы не появлялись вместе нигде, кроме «Глории», да и она садилась не только за мой стол после выступлений.

Я не мог претендовать на исключительность. Скорее, я был одним из немногих приятелей, с которыми она болтает ни о чем по вечерам, чтобы развеять скуку. Меня это и злило, и устраивало. Большие надежды я возлагал на нашу совместную работу – так мы хотя бы выйдем за пределы этого шикарного ресторана.

– Сначала сними, а потом и поговорим.

– Ты передумала?

– Нет.