2г0в2н0

Там целая коммуна православная, люди везут еду, различные угощения со всех концов земли. Паломники размещаются в кельях, даже палатки во дворе ставят иногда. Едут люди совершенно разные, одни везут свои проблемы, болезни, горе, обиды, другие по святым местам ездят – такой вид туризма, а иные просто на Иссык-Куль – отдохнуть, в церкви пожить. Эту популярность Ананьевская церковь приобрела благодаря святому Ираклию, который жил в монастыре, а с приходом коммунистов, прятался в горах, тайно крестил и причащал людей. В Ананьево, неподалёку от церкви располагалось старинное православное кладбище, на котором и был похоронен Ираклий.

Мы разместились в келье, я на батюшкиной кровати, а Юля в комнате с Феодорой. Двери были открыты, и я прекрасно слышал, как Феодора смотрела видео всевозможные в Ютьюбе, временами она засыпала и начинала громко храпеть, но ненадолго, потом просыпалась и вновь бралась за просмотр. Я читал Селина, но уже другую книгу – «Банды Гиньолей», потрясающий автор, что он вытворяет с языком, это просто чудо, восклицательные знаки и многоточия придают истеричный характер произведению, а манера повествования, речь которой говорят его герои, отлично вырисовывает их психоэмоциональный и интеллектуальный портрет.

– Заткнись, скотина!

Я проснулся от крика Феодоры. Под окном лаяла собака, а Феодора в ночной рубашке стояла на коленях перед окном посреди кровати, я видел её через дверной проём, она опиралась руками о подоконник и кричала:

– Ууу! Я тебе сейчас! Заткнись, гнида!

И где она только таких слов понахваталась.

– Ох, я тебе задам, паскуда!

Феодора спрыгнула с кровати и выбежала на улицу. Я моментально провалился в сон. Проснулся от того, что на меня смотрят, открыл глаза и увидел Феодору, она стояла посреди моей кельи в белой ночнушке, с распущенными, жёсткими, чёрными волосами и разглядывала моё лицо. Как я открыл глаза, она ушла спать. Я снова уснул, но ненадолго.

– Эй, вставай. – Сквозь сон донёсся до моего сознания голос Галины. – Службу проспите.

Я соскочил, обулся, спал я в одежде, поэтому достаточно было только надеть обувь. Галина разбудила Юлю и Феодору, мы втроём вышли на улицу.

– Вам нельзя. – Сказала Феодора. – Идите спать.

– Почему нельзя? – Удивился я.

– Только певчим можно.

Мы зашли в храм, и батюшка сказал, чтобы мы шли спать. На службе можно было присутствовать только батюшке и пятерым певчим.