Перед зеркалом

Потом попытался закурить трубку, но, увидев приближающихся сотрудников аэропорта, притушил табак и спрятал её во внутренний карман кашемирового пальто. Рейс немного задерживали, Виктор Иванович заскучал, выпил еще немного коньяка и всё-таки решил со мной заговорить. Он попытался извиниться за ту сцены в культурном центре, но потом перешел на историю создания Союза художников, важность проведения съездов, масштаб организации симпозиумов в период Советского Союза и пренебрежительное отношение к изобразительному искусству в этой стране после его развала.

Он посмотрел на часы и стал ворчать из-за задержки рейса. Я обратила внимание на необычный золотой циферблат его часов и роскошный золотой браслет шириной около трех сантиметров. Виктор Иванович, перехватив мой взгляд, пояснил, что часы остались ему от отца, а браслет к ним сделала супруга. Она была ювелиром, но из-за плохого зрения перестала заниматься любимым делом, работала лишь на приеме заказов. Я похвалила ювелирную работу, но удивилась тому, что в дорогу он с собой взял такую дорогую вещь. «Это мой талисман», – сказал собеседник. Мы еще немного поговорили о какой-то ерунде и вскоре услышали приглашение на посадку. После коньяка Виктор Иванович значительно повеселел, пропускал меня вперед, поддерживал на трапе самолета и производил впечатление воспитанного галантного мужчины. Я была поражена таким переменам, но рассчитывать на дружеские отношения не торопилась.

В аэропорту южного города участников съезда встречала целая делегация.

Гостей загрузили в автобус и отвезли в гостиницу, в холле вручили программку мероприятий. Всё вокруг было наполнено атмосферой праздника. Художники здоровались, обнимались, старались наперебой рассказать о новостях, произошедших с ними за год расставания, уточняли состав делегации. В дороге я очень устала и собиралась подняться в свой номер, чтобы лечь спасть, но Виктор Иванович преградил мне путь и сказал, что ждет меня на ужин в холле через пятнадцать минут для знакомства с творческой элитой страны. Я попыталась объяснить, что у меня нет сил, но мои отговорки не принимались. Именитый художник внимательно посмотрел в мои глаза и продолжил: «Тебя же послали за мной следить, вот и следи как положено». Я хотела оскорбиться и вовсе не показываться из своего номера, но Виктор Иванович засмеялся, сказал, что пошутил, а на самом деле просто хотел провести вечер с молоденькой хорошенькой девушкой. Я согласилась и отправилась в номер, чтобы занести вещи.