Уильям Шекспир. Сборник

Тибальдо возвращается.

Бенволио

Вот бешеный Тибальд идет опять.

Ромео

Он жив, свою победу торжествуя,

А между тем Меркуцио убит!

Прочь от меня, уступчивая кротость!

Пусть бешенство теперь ведет меня!

Тибальд, ты дал мне имя негодяя –

Возьми его; Меркуцио душа

Еще парит у нас над головами

И ждет твоей, чтоб вместе улететь.

Иль ты, иль я, иль оба мы должны

Сопутствовать ему.

Тибальдо

Мальчишка жалкий,

Ты был его приятелем, и ты

С ним полетишь.

Ромео

Ну, это меч решит.

Они дерутся; Тибальдо падает.

Бенволио

Беги, беги, Ромео!

Тибальд убит, и граждане в тревоге.

Чего ж ты здесь растерянный стоишь?

Приговорит тебя ведь герцог к смерти,

Когда тебя застанут здесь. Беги!

Ромео

Моя судьба глумится надо мною.

Бенволио

Что ж ты стоишь? Беги, беги, Ромео!

Ромео уходит. Сбегается толпа граждан.

Первый гражданин

Куда бежал тот, кто убил Меркуцио?

Куда ушел Тибальд, его убийца?

Бенволио

Вот он лежит.

Первый гражданин

Вставай, иди за мной,

Я требую во имя государя.

Входят герцог со свитой, Монтекки и Капулетти с женами и другие.

Герцог

Где подлые зачинщики резни?

Бенволио

Я рассказать могу вам, государь,

Подробности несчастной этой ссоры.

Вот человек, которым был убит

Твой родственник Меркуцио. Лежит он

Убитый сам за то рукой Ромео.

Синьора Капулетти

Племянник мой Тибальдо, брата сын!

О, герцог, муж мой, дядя! пролилась

Кровь милого племянника! О, герцог,

О государь, когда ты справедлив,

За нашу кровь пролей ты кровь Монтекки!

Племянник мой!.

Герцог

Бенволио, кто был

Зачинщиком кровавой этой драки?

Бенволио

Тибальдо, что убит рукой Ромео.

С ним ласково Ромео говорил,

Прося понять безумье этой ссоры;

Грозил ему и вашим гневом он;

Но это все, – хоть высказано было

С спокойствием во взглядах и словах

И с кроткою мольбою, – не могло

Взрыв бешенства Тибальда успокоить;

Остался он к внушеньям мира глух –

И бросился с пронзающею сталью

На смелого Меркуцио; и тот,

Не менее горячий, чем Тибальдо,

С противником вступил в смертельный бой.

С воинственным презреньем отражал он

Смерть от себя и отсылал обратно

Ее врагу, который, в свой черед,

Искусно отражал ее.