Люди и чудовища. И прибудет погибель ко всем нам, ч. 1–2

Девушка так сильно старалась подслушать их, что, когда Бокерия заговорил, вздрогнула. Властелин сообщил, что не намерен нападать на владения Оливера сегодня, ведь в лесном городе нет Хаокина, поэтому все уходят. Послышались восторженные крики из армии Бокерии. Жрица что-то хотела возразить, но господин ей и слова не дал.

Через полчаса армия Бокерии ушла. Через час Ариадну привели к Оливеру. У него был собственный классный домик на дереве. Парень приказал развязать пленнице руки и сообщил хорошую новость: Ариадна может быть свободна.

– А я не хочу, – возразила девушка. – Мне здесь нравится. Хочу остаться и быть членом твоего сообщества, в твоей армии служить. Сам сказал (внимание цитата!): «Кто нуждается в нашей помощи и согласен примкнуть в наши ряды для борьбы с какой-то там тиранией». Я очень нуждаюсь в твоей помощи, Оливер, в твоем крепком плече. И мне плевать, с кем бороться, лишь бы остаться здесь, с тобой, – прошептала она.

Ка и Тай тоже находились в доме Оливера, отдыхали. Отреагировали они на это заявление по-разному. Тай засмеялся, Ка же нахмурился. Оливер посмотрел на девушку. С подозрением.

– Это твой дом? – спросила Ариадна. – Я тоже буду жить здесь. Вот там мы поставим кровать. Занавески надо сменить. И здесь какой-то невкусный запах – нужно больше цветов.

– Тебе никто не предлагал сюда переселяться, – сказал Оливер. Тай еще сильнее заржал. – Затки его, Ка.

– Я бы лучше ее заткнул. Навеки, – прошипел подросток.

– Ха! – воскликнула девушка, сердито глянула на Ка, потом улыбнулась Оливеру. – Сам же сказал, что я, мол, твой человечек, что готов за меня бороться. Так держи свое слово. В любом случае я не уйду. Выкинете – приду снова.

– С кладбища обычно не возвращаются, – заметил Ка.

– Тебя не спрашивают, сучка, – ответила ему Ариадна.

– Шлюха, – огрызнулся Ка.

– Хватит это, – произнес Оливер. – Можешь остаться в городе, раз уж готова служить.

– Я считаю это крайне неудачной идеей. – Ка опять фальшиво улыбнулся. – Не знаю, как вас, господа, но меня от нее тошнит. Я, конечно, сделаю, как ты скажешь, и всё такое. Но я предупреждал. – Парень встал с дивана, крутанул разок черную трость с золотой нашивкой и ушел.

Стражник повел девушку из дому.