Малюта Скуратов

Спокойно, до последнего времени, встречала она его ласковый взгляд и слушала его тихую, сладкую речь.

Лишь незадолго перед описываемым нами временем стала она как-то инстинктивно сторониться от него, избегать беседы с ним. Огневой взгляд его глаз стал смущать ее, вызывая на лицо жгучую краску стыда. Она, сама не зная отчего, стала бояться его.

Она поняла теперь, что это не любовь. Не то говорила об этом чувстве чернобровая Таня.

– Кипит в сердце кровь смолою кипучею, места не находишь себе ни днем, ни ночью, постылы и песни, и игрища, и подруги без него, ненаглядного; век бы, кажись, глядела ему в ясные очи, век бы постепенно сгорала под его огненным взором.

Возьмет ли он за руку белую – дрожь по всему телу пробежит, ноги подкашиваются, останавливается биение сердца, – умереть, кажись, около него – и то счастие…

– Да кого же любишь ты, коли все так знаешь доподлинно? – допытывалась княжна, слушая восторженные речи своей любимицы.

– А тебе, княжна, на что знать? Ведаешь, чай, пословицу: «Много будешь знать – скоро состаришься».

С тобой на одной дорожке, авось, не столкнемся – не пара он тебе. Не холоп он хотя, но без роду и племени… Кто он – никто не ведает.

Княжна удивленно смотрит на Таню.

У той щеки пылают, глаза горят, губы вздрагивают.

– А на тебя он, меж тем, свои буркалы частенько забрасывает, – не могла не заметить ты этого.

Глаза княжны, широко, с недоумением раскрывшись, глядели на говорившую.

– Ну, да обойдется теперь, как старый князь глаза ему открыл, каков он на самом деле есть добрый молодец! – продолжала Таня.

В ее голосе слышались злобно-насмешливые ноты.

– Кто же это такой? – низким шепотом, с тем же недоумением в глазах спросила княжна.

– Ишь, какая ты, княжна, недогадливая! Уж скажу тебе, – угожу али нет, – не ведаю: кому быть иному, как не Якову.

Горевшие злобным огнем глаза сенной девушки так и впились в княжну Евпраксию.

– Якову? – повторила та. – Но как же ты говоришь без роду без племени? Ведь он нам с батюшкой родней приходится!.

.

Таня злобно усмехнулась.

– По забору по княжескому он в родне состоит с тобой, княжна, и с князем, твоим батюшкой!..

– Что ты, Танюшка, несешь что-то несуразное?.. – перебила ее княжна. По какому такому забору?..

Не спуская с княжны пытливого взгляда своих горящих глаз, начала Таня передавать ей узнанную ею новость о том, что Яков Потапович подкидыш, найденный под забором княжеского сада у калитка, которая ведет на берег Москвы-реки.