Проданный ветер

Кроме того они были прекрасными наблюдателями, могли прекрасно маскироваться и перевоплощаться, отлично стреляя из всех видов огнестрельного оружия.

Для Орлова, поступившее предложение об объединении усилий, с человеком из такой знаменитой организации, давало шанс, тот самый один из ста, который позволял выйти из тупика, в котором они оказались. Появлялась реальная возможность добраться до Ново – Архангельска и доложить самому Максутову про обоз, отправить, на помощь полковнику Калязину людей.

Появлялась возможность отправиться с Неплюевым в Петербург, где можно было наконец, обстоятельно доложить о ходе их изысканий. Форт "Око империи "в кратчайшие сроки пополнился бы людьми и провиантом.

Закурив папиросу, Орлов встал и, выйдя на воздух, стал наблюдать за тем, как защитники форта, с иноземными матросами освобождали двор от убитых. Заметив его, старшина вытер руки о полушубок и, подойдя к офицеру спросил:

– Ваше благородие, а что с англичанином делать?

– Застрелился разве? – отозвался поручик.

 – Что – то я выстрела не слышал.

– Кровью он изошел, – отмахнулся Иван, закуривая самокрутку. – Сидел, сидел с револьвером, да и завалился на бок. Видать от поранений своих помер.

– Похороните его рядом с нашими могилками, – тихо, проговорил Орлов. – Я ему это обещал.

– За что же такие почести? – с удивлением, спросил старшина. – Он ведь сюда все это войско привел.

– Обещал я ему это, за сведения важные, – поморщившись, проговорил поручик.

– Как на духу сказывал?

Орлов внимательно посмотрел на красное, обветренное лицо Сибирского казака, из славного рода тех потомков запорожцев, кои были сосланы в Сибирь после разгрома Сечи. В ком текла кровь участников восстания Железняка и Гонты, плененных после резни у Умани и тех двух тысячах малолетних сыновей, отставных солдат из Тобольской губернии, которые и составили костяк казачий общины в Сибирском Войске.

– Как на духу все выдал! С таким выражением, старшина, что я до сих пор понять не могу, что вокруг нас творится. Хотя если честно…, то это непонимание возникло еще раньше, еще в форте Росс. Где к нам прибился этот англичанин с монахом! Непонятно кто садил их с нами на парусник, который должен был дойти до самого Ново – Архангельска. Не понятно почему нас на половине пути высадили на берег, и мы получили приказ идти с мукой караваном.