Проданный ветер

 – Цены за границей на зерно, я читал, повысились значительно, а это на руку нашему производителю.

– Неужели и впрямь веришь, Константин Петрович, что заживет безбедно наш человек работный? – усмехнувшись, проговорил инженер. – Аренда же земли неподъемная! Она же привязывает крестьян к помещику! Народ работный хоть и получил наделы по реформе, но они ведь не великие! Цена на хлеб в рост идет – это правда, только не забывай и плата за землю у помещика растет значительно. А сколько на крестьянах, еще всяческих сборов навешено?

– Про выкупные платежи толкуешь? – буркнул Орлов, осматриваясь по сторонам.

 – Ничего, налоги государевы, как и земские, сокращаться будут – это точно!

– А подушную подать на их сословие наложенную? – не унимался инженер. Едва поспевая за офицером.

– Вечно ты, Иван Иванович, только чернуху видеть желаешь, – с досадой, отозвался поручик. – Реформа всеравно, укрепит крестьянскую общину, поможет и подати выплачивать и достаток меж членами соблюсти. Я верю, что все у нас в империи наладится! Уж больно большая мы держава, чтобы у нас все быстро получилось.

У нас вон нарочный из Петербурга, с письмом каким до Камчатки, аж три месяца скачет!

– А я тоже так же кумекаю, – кивнув, потдакнул Степанов. – Что жизнь в России, как и в станицах моих, наладится.

– Правильно кумекаешь, урядник, – улыбнувшись, проговорил Орлов. – Уже набрал силу Государственный банк, который "содействует силою кредита "металлургической промышленности, сахарной, да и текстильной тоже.

Верю, что не за горами то время, когда такие как Ванька – безухий, будут в складчину или на кредит ложить тут дорогу железную, изменяя эти дикие края до невозможности.

– Это если хоть кому – то, в нашей империи будет все интересно, – возразил Неплюев.

– А тут прямой интерес для всех! – Сам военный министр Милютин, неспроста назвал наше время "железнодорожной горячкой". Встанут тут со временем в прибойной черте порты морские, потянутся к ним железные дороги, а в вагонах тех повезут руду, уголь, торф, лес.

И все это благодаря таким инженерам как ты, Иван Иванович! Прибудем Бог даст в Петербург, доложим в кабинетах начальствующих, что кроме пушнины, богатства тут несметные в минералах таяться и изменения придут в эти дикие земли. Вот помянешь мое слово, инженер.

– Тогда и полчане наши заживут в фортах! – воскликнул урядник. – Уголек – то не только пароходам нужен будет.

– Все правильно, – оглядываясь по сторонам, проговорил Орлов.