Нежная правда

Поднявшись со стула, Даша обошла мужа и тепло обняла ее. – Как у тебя дела?

– Прекрасно, – ответила Людмила, и теплая улыбка, искривившая ее губы, не коснулась мрачных голубых глаз. – Просто все была невероятно занята. Я увидела машину Сергея, припаркованную снаружи, и надеялась, что ты здесь. Я не видела тебя целую вечность.

– Садись с нами, – Даша махнула рукой на лишние стулья за соседним пустым столом. – Выпейте чашечку кофе. Мы уже сто лет не разговаривали.

– Егор? –  Люда снова повернулась к пасынку.

Она чувствовала на себе его испытующий, ледяной взгляд. Она знала, что этот сверкающий зеленый взгляд будет подобен осколкам изумрудного льда. Подозрение было частью его натуры, настолько глубоко укоренившейся, что она сомневалась, что он когда-либо кому-то доверял.

– Мне очень жаль, Люд. – холодно и без всякого сожаления он ответил ей низким глубоким голосом: – Мне нужно отнести эти бумаги домой, чтобы папа мог их просмотреть.”– затем он повернулся к Сергею. – Но я слышал, что вас можно поздравить.

– Спасибо, – улыбка Сергея была чертовски гордой.

Да, узы, связывавшие Сергея, Максима и Ника с родней, оставались такими же крепкими, как и прежде, если не крепче. Это было в подводных течениях дружбы и дружбы, а также намек на настороженность, которую оба мужчины разделяли друг с другом.

– Значит, пойдём? – Егор повернулся к Людмиле, его мощные плечи двигались, напряжение колыхалось под ними.

– Конечно. -Легкая гримаса разочарования появилась на ее губах, когда она снова повернулась к Даше. – Извини, дорогая, может быть, ты как-нибудь утром зайдешь ко мне выпить кофе? Твоя подруга тоже может прийти. Аня, не так ли? Вы воспитательница?

– Я такая грубая, – в ужасе воскликнула Даша. – Аня, это Людмила Маркова и ее пасынок Егор. Они живут в том большом старом жутком доме, о котором все говорят дальше в горах. –  Смех в голосе Даши заставил глаза Люды на секунду прищуриться от удовольствия.

– Людмила. – Аня принял ее рукопожатие, радуясь, что ее ладони не стали влажными от нервов. – Егор.

Его рукопожатие было крепким, ладони мозолистыми. Она старалась не смотреть ему прямо в глаза, уверенная, что если посмотрит, то он поймет, что она лгунья. Ее братья всегда знали, как только смотрели ей в глаза, что она лжет, или так они всегда утверждали.