Безумие

Я издала смешок и прикрыла рукой рот, чтобы не засмеяться ещё больше, на что отец лишь улыбнулся. Этот мужчина стал всем для меня. Я так благодарна, что он не оставил меня как мать. Что мы по-прежнему вместе. Отец – единственный, кого люблю в этой жизни.

***

Дом был большим по сравнению с моим старым. Он выглядел словно домик «богатой девочки». Я поднялась на второй этаж и выбрала себе комнату, в которой смогу провести несколько лет. Думаю, что когда отец закончит работу, мы вновь переедем. Но к этому времени, у меня получится окончить университет.

Новая комната оказалось очень просторной, а главное большой кроватью посередине. Окно открывало вид на небольшой сад, который находился за домом. Я прошлась по комнате и поставила свой чемодан рядом с кроватью. Ну что, начнём все с самого начала? С этой мыслью мне пришлось покинуть комнату и спуститься к отцу.

Всю дорогу в сторону кафе мы обсуждали дом и то, какие вещи нам нужно будет купить, чтобы создать хоть какую атмосферу уюта. Через двадцать минут мы приехали в ближайшую забегаловку.

Отец, расплатившись с таксистом, вышел из машины вслед за мной.

***

Я стою напротив здания, где буду учиться около четырёх лет. Вокруг нас нет ни единой души, конечно, ведь учебный год начнётся только через три дня.

Мы вошли внутрь. Отец обратился к охраннику и проинформировал его, что нам нужна приёмная комиссия. Мужчина, улыбнувшись, показал нам свои морщинки вокруг глаз. Как говорила моя «мать»: «Морщины – это настоящий признак доброты, Сара».

Тогда думала, что это правда, у неё на тот момент тоже были такие же морщинки, но, как видите, к чему привела доброта.

Охранник провёл нас к кабинету, на котором висела табличка:

«Приёмная комиссия»

Декан: Ренесма Эдмонд.

Заместитель декана: Саманта Нэш.

Ну и имена тут у них. Отец постучал в дубовую дверь, и мы вошли. Кабинет был огромным: посередине стоял стол, за которым сидела женщина средних лет, а сбоку от неё стоял ещё один, но был заметно меньше.

За ним никого не было.

Женщина подняла свой взор на нас и по мне пробежала стая мурашек. Я волновалась, как девочка перед лишением девственности. Девственницей я уже не была. Первым опытом для меня стал – мой друг, Адам, который сделал мне большую услугу и взял все это дело на себя.

Из мыслей меня вытянул отец, который сидел уже на стуле. Видно, я настолько задумалась, что он успел сделать несколько движений, пока, стояла и вспоминала свои семнадцать лет.