Инспектор Лосев

– Нечего мне рассказывать, – наконец выдавливает она из себя. – Дура. Заработать хотела. Вот и все.

– Нет, не все. Кто этот человек?

– А я знаю? Встретились…

– Как встретились?

– Он за мной в метро увязался. Слово за слово. В кафе пригласил. Обходительный…

– Как его зовут?

– Михаил Семенович.

«Не иначе как наврал», – решаю я. Такой не назовет свое настоящее имя первой встречной.

– Опишите мне его, – говорю.

Варя начинает припоминать внешность своего нового знакомого. Да, это тот самый тип, все сходится.

– Где он живет? – спрашиваю я на всякий случай.

И Варя неожиданно сообщает:

– Тут, недалеко. На Плющихе.

– На Плющихе? – недоверчиво переспрашиваю я. – Это он вам сказал?

– Да нет. На такси меня вечером домой завез. А потом, я слышу, говорит водителю: «Теперь на Плющиху».

– Когда же он вам платье передал?

– Вчера.

– Сказал, чье платье?

– Сказал. Сестра прислала продать. Из другого города. Пятьдесят рублей обещал. И паспорт ее дал. «Чтоб, – говорит, – шуму потом не было».

Я понимаю, почему он так щедро решил с ней расплатиться. Ведь платье оценили всего в семьдесят рублей. Он затянуть ее хочет, привязать к себе. Расчет тут примитивный и точный. Понял, кто перед ним.

– Дура я, дура, – горестно произносит Варвара.

– Как же он деньги у вас получит? – спрашиваю.

– Обещал позвонить.

– Куда?

– На работу. Куда же еще?

– Ну вот что, Варя, – говорю я наконец. – Вам уже ясно, надеюсь, что он вор. Самый обыкновенный вор, хотя и обходительный.

Платье это краденое. И вы пытались его сбыть.

– Что ж теперь будет, господи? – упавшим голосом спрашивает Варвара.

– А будет то, что мы с вашей помощью его задержим. Обязательно с вашей помощью, – подчеркиваю я – Потому что, если мы поймаем его сами, тогда… он, пожалуй, успеет еще немало бед причинить. И это тоже будет на вашей совести.

Я не хочу и не могу ей что-нибудь обещать за помощь. Не могу потому, что это не от меня зависит. Хотя преступление ее, конечно, невелико.

Но решать тут должен наш Кузьмич. А не хочу я ей ничего обещать потому, что нельзя, чтобы она подумала, что я ей какую-то лазейку предлагаю или, еще хуже, сделку. И я рассказываю про ту актрису. Даже еще подробнее, чем Светке. И вижу, как Варвара кусает губы.

Неожиданно она говорит:

– Ну что у меня за несчастливая жизнь такая? Почему я все в грязи да в грязи? Почему я отмыться не могу?

И тогда я ей говорю про Пашку, про те его слова о ней.