Три осколка луны

– И еще, – многозначительно проговорил тот, – ничего не бойтесь: я предельно осторожен.

За ужином, пока жена была занята едой, он пристально смотрел на нее. Когда же она стремилась поймать его взгляд, опускал глаза. И вновь, стоило ей отвлечься, его взгляд тянулся к ней.

Гордеев подбирал ключи, но они не подходили. Ни один из них он не мог провернуть в замочке. А как этого хотелось! Кто же она? А вдруг – тайный агент? И работает на государство. Он едва не поперхнулся от такой догадки. Смерть Даши была подстроена, и он женат на Джеймсе Бонде в юбке.

На Никите! А «дядя» – связной. Господи, неужели такое может случиться с ним, самым обычным человеком? Точно в кино. Так что же: браконьер, патологоанатом из морга города Мохова и многие другие – заговорщики? И все они выполняют какое-то таинственное и очень важное задание? А он решил им помешать, да еще привлек к этому профессионального детектива?

Но если она заподозрит что-то неладное, его могут убить!

– Ты так странно смотришь на меня, – проговорила Ева, отпивая из бокала сок.

 – Точно никогда раньше не видел. – Она открыто посмотрела ему в глаза. – В чем дело?

– Ты очень красива.

Прядь ее рыжей челки накрыла бровь, коснулась ресниц. Ева откинула голову.

– Сколько лет ты уже красишь волосы хной?

Ева пожал плечами:

– Не помню. Может быть, лет с двадцати. Или даже еще раньше…

– А какой настоящий цвет твоих волос? Хороший вопрос мужа – жене, да?

Она улыбнулась.

– Я уже и забыла. – И вдруг внезапно добавила: – Рыжий.

Но не такой насыщенный. С хной мои волосы выразительнее, ярче. Но если тебе не нравится…

– Что ты, – замотал он головой. – Этот цвет – твой. Лучше и придумать нельзя.

Ночью Гордеев боялся заснуть. Ева спала, закутавшись в одеяло, а он смотрел на нее. Так что же, ее родители тоже шпионы? Ведь они видели ее мертвой. Солгали? Их запугали, подкупили? Но ведь девочка из города Мохова ничем не выделялась среди других ребят. Просто у нее были длинные, до ягодиц, русые волосы и добрая, счастливая улыбка.

Ладная, красивая. Все. Щека лежала на ладони, край короткого каре расплескался по лицу… Какой трогательной и прекрасной была Ева, когда спала!..

– Кирилл Мефодьевич?

– Да, он самый.

Сколько лет он не слышал этого голоса! Что ж, а вдруг старик поможет ему?

– Это Петр Гордеев, ваш ученик… Не забыли меня?

Ответ последовал не сразу:

– Нет, не забыл. Здравствуйте, Петр.

– Я знаю, что вы любите рассказывать истории и слушать их.