Самвел

До их вступления в пределы Тарона мы еще успеем подобающим образом подготовиться к встрече этих высокочтимых гостей…

Не догадываясь об истинном смысле слов сына, княгиня ответила:

– Конечно, у нас достаточно времени, чтобы приготовиться к встрече гостей. Но ты не знаешь, как бестолковы наши слуги. Сколько им ни приказывай, они все равно забудут, куда что поставить, что откуда взять. Мне всякий раз бывает стыдно, когда я принимаю какого-нибудь именитого человека.

– Но Саак нам не чужой, матушка, он не взыщет.

– Опять ты про Саака, – раздраженно перебила мать. – Я не о нем думаю.

– Да! Забыл… Полководцы Зик и Карен…

– Знаешь ли ты, Самвел, кто такие Зик и Карен и какое внимание им оказывают при дворе Шапуха?

Услышав эти часто повторяемые имена, Вормиздухт по наивности вмешалась в разговор.

– Они просто прислужники моего брата. В моем присутствии они не осмелятся даже сесть.

Самвел признательно взглянул на мачеху.

– Верно, милая Вормиздухт, – сказал он. – Однако, когда низшие слуги персидского двора приезжают к нам, мы не только усаживаем их на самые почетные подушки, но даже сажаем себе на голову…

Слова эти не обидели Вормиздухт, но задели княгиню.

Она сердито посмотрела сперва на сына, затем на Вормиздухт.

– Тебя, по-видимому, вовсе не огорчают мои жалобы на бестолковость наших слуг, – сказала она раздраженно. – Сегодня утром я прогнала четырех. Представь себе, мне с большим трудом удалось раздобыть соловья. Я подробно объяснила, где повесить клетку и чем кормить птицу.

И что же? Вхожу сегодня в зал и вижу – соловей лежит мертвый. Оказывается, вместо того, чтобы повесить клетку, ее поставили на окно; кошка просунула лапу и задушила несчастную птичку!

– Какое безобразие! – воскликнул Самвел, сочувственно качая головой. – Из-за этого, конечно, стоило прогнать не только четырех, но и всех слуг. А кошку ты наказала?

– Твои насмешки неприличны, Самвел, – заметила мать. – Ты обижаешь Вормиздухт.

Самвел обратился к мачехе:

– Ты очень обижена на меня?

Она, улыбаясь, посмотрела на него из-под длинных ресниц.

– Нисколько! В ваших лесах соловьев сколько угодно!

– Но такие, что поют по целым дням, встречаются очень редко, – сердито заметила Тачатуи. – Ты даже не понимаешь, Вормиздухт, обычаев своей религии и насмешки Самвела тебя не оскорбляют… Это не похвально!..

Вормиздухт покраснела.

О чем же шла речь? Дело в том, что мать Самвела не обладала таким утонченным вкусом, чтобы любить пение соловья.