Жизнь глазами ребёнка

На карнизе, на потолке,

Точнее сказать, на струнах,

Оранжевые занавески висят и совсем

Не преломляют лучи и тепло, как в июне.

Я всегда любила спать с окном,

Не до конца занавесками закрытым,

Мне так спокойней, а в доме моем

Я одинока, хотя есть родители.

Это, наверно, пока упущу,

Я должна идти собираться.

Вроде радостно, но я все же грущу,

Если в действительности признаться.

Легкая куртка, ботинки и джинсы.

Шагаю по улице с подругой смело.

В руках папка художника закрыта таинственно.

Я не показываю их семье. Вот в чем дело.

Меня не хвалят за мой талант,

Да и талантом-то не считают.

Я рисую портреты, природу, собак,

Только в семье об этом не знают.

Без опозданий прихожу на занятия.

И как-то странно все происходит.

Мужчина какой-то похож на писателя,

У него широкие брови.

Рядом какая-то женщина ходит.

Захожу и здороваюсь с ними,

На мольберте стоит мой рисунок.

Преподаватель называет мое имя.

Те смотрят на меня ежесекундно.

– Вика, познакомься, это к тебе.

Твой рисунок призван быть лучшим!

– Мы хотим позвать на учебу к себе,

Только разрешение родителей спросить нужно!

В моих мыслях:

– Я не верю своим ушам!…

Разве такое бывает?…

Я уже в мечтах:

– В смысле?

А куда нужно ехать? Куда это к вам?

Тот отвечает:

– В другой город, в Устюжну! Такой город знаешь?

– Я не знаю, но я спрошу,

А сама бы я очень хотела!

Я так рада, я соглашусь!

Только согласна ли будет мама, вот в чем дело?!

Я говорю смело:

– Мама в двенадцать обедать пришла,

Я как раз успею с ней встретиться.

Я успею! Ну, я пошла?

Тут писатель-художник:

– Господи, да она вся светится!

Я такой счастливой никогда не была,

Или, может, была, я точно не помню!

Я бежала домой или быстро шла.

Настроение было подъемным.

Все сегодня на моей стороне.