С теми, чьи мысли стоит записывать

Меня без проблем записали. Как потом выяснилось, приняли за сына одного из главврачей, мы были однофамильцами.

Так и получается, что удача, уверенность в себе и фарт здорово помогают по жизни. Это то, что важно в бизнесе, помимо желания и работоспособности. Считаю себя удачливым. И мои друзья называют меня фартовым.

8 лет на 3 ставки

В 25 лет мне с семьёй предложили переехать из города в район, работать на три ставки – терапевтом, педиатром и анестезиологом. Предоставлялось жильё. Коллеги в отделении отговаривали: «Ты что, с ума сошёл – едешь на село?» Но до сих пор не жалею о своём решении.

В то время даже мысль о собственной квартире казалась невозможной – такой мизерной была зарплата. Итак, нам предоставили жильё с земельным участком, куда пришлось завезти почти 100 КамАЗов земли. Кстати, в этом доме я живу до сих пор, и многие бывшие коллеги теперь уже позитивно оценивают мой выбор – жизнь за городом.

Районным врачом я отработал в общей сложности 8 лет. На основной работе зарплату почти не выплачивали.

Зато был взаимозачёт. Например, за один год работы мне выдали газосиликатные блоки, из которых я построил гараж собственными руками.

И все 8 с лишним лет ко мне могли прийти в любое время дня и ночи. Позвонить, чтобы я оказал экстренную помощь – зашил рану, вытащил горошину из носа у ребёнка, принял роды на дому. Всё это было. В нашей семье сложилась традиция – в Новый год или какой-то другой праздник в первую очередь кормили меня, потому что знали: в любой момент могла приехать скорая, чтобы отвезти на операцию.

Эти 8 лет были очень интенсивными и интересными.

Я был молод, мне нравилось не спать, получать драйв от того, что ты нужен и можешь оказать помощь. Но на девятом году работы в течение пары месяцев произошло два случая. Моего приятеля уголовник пырнул ножом. Меня вызвали на реанимацию, но аорта была поражена, и он умер у меня на руках.

Буквально через месяц на 6-летнего ребёнка моего коллеги упал снег с крыши. Мальчик пролежал под глыбой 4 часа.

Когда его привезли ко мне, мама плакала: «Юра, спаси, Юра, я очень прошу тебя!» Но, когда ребёнок 4 часа не дышал, ничем, к великому сожалению, не поможешь.

Я всегда думал, что у меня крепкие нервы и сердце… Тогда я не поехал на автобусе, а пошёл пешком от больницы до дома около 10 километров и потом неделю молчал. Мне не хотелось ни с кем говорить. Я принял для себя решение, что пора внести изменения в свою профессиональную деятельность и жизнь. Мне было 33 года.