С теми, чьи мысли стоит записывать

2,5 часа на электричке в одну сторону, 3 часа на поезде обратно.

Эта история продолжилась и после школы. Тогда в области была большая программа по мелиорации, и мы всем классом пошли работать трактористами. Это была романтика: самостоятельность, техника в руках. Но, чтобы успевать на электричку до Кирова, мне нужно было освобождаться к 16 часам. Поэтому я пошёл работать инструктором по управлению тракторами и автомобилями. До обеда трудился, потому уезжал. 6 часов на дорогу туда-обратно, дома только в половине первого ночи.

Сложно. Но я шёл к своей мечте.

Уже тогда это не было просто увлечением. Я хотел пройти обучение в аэроклубе, потому что после него охотнее принимали в лётное училище. Это была конкретная цель.

Авиация наложила свой отпечаток

Окончил Волчанское авиационное училище ДОСААФ СССР. Там готовили не просто пилотов, а лётчиков-инструкторов. После вернулся в Киров, поступил на работу в кировский авиаотряд – это гражданская авиация. Работал командиром вертолёта Ми-2.

По области пришлось поколесить много.

Авиация накладывает отпечаток на любого человека. В полёте ты оторван от земли. Это уже экстремальная ситуация, привыкнуть к ней сложно. Авиация требует умения сосредоточиться. В критический момент, а он рано или поздно у всех наступает, нужно быть суперсосредоточенным.

Важно уметь отдыхать, особенно в летний период, когда налёт очень большой. Не зря пилотов так рано на пенсию отправляют, напряжение очень большое.

И надо уметь быстро выключить организм, чтобы он отдохнул. Не просто поспать, сон – это не отдых. Кто-то спортом занимается. Я с детства любил футбол, волейбол. Признаюсь, много играл в карты, в авиации это было принято. На азарт, не на деньги. Я по характеру очень азартный.

И ещё одна особенность в авиации: за командира экипажа никто не имеет право принять решение. Непринятое решение может сказаться пагубнее, чем неправильно принятое. Если вы ошиблись, решение ещё можно поправить.

А если проспали и ничего не решили – можно легко грохнуться.

Ушёл из авиации, пришёл в лес

Чувство полета сложно с чем-то сравнить. Мне всегда нравилось летать. При том, что это напряжение, я всё равно получал удовольствие. Был воспитан на идеалах отца: военная авиация в период после войны – это небольшие скорости, небольшие высоты. Мне никогда не хотелось быть истребителем на реактивных самолётах, когда землю не видишь.