Мальчик как мальчик

Кивнув, я ударил по шару: б-буц. Я никак не мог принять решение. Похоже, я напрасно затеял эту идиотскую лотерею. Я видел тебя насквозь, вместе со всеми твоими желаниями. Ты не был лузером, и у тебя был талант. И ты все превосходно понимал. А даже если чего и не понимал… может, и к лучшему. Излишнее знание редко приносит радость.

– И что же? – спросил я вдруг. – Часто ты соглашался?

Мне не пришлось уточнять вопрос. Ты попробовал закатить шар в лузу, но рука дрогнула. С размаху ты едва не вспорол сукно, как в старинном шоу Бенни Хилла.

Это был единственный уморительный момент, который я у него видел. Я чуть не засмеялся. Но поднял глаза – и замолчал. Твои губы дрожали от злости.

– Соглашался? – повторил ты. – Соглашался? Вот ты спрашивал, мать за меня платит или нет? Так вот нет. Никто за меня не платит. Никто никому ничего. Только иногда бывают дополнительные занятия. Натурщиками в студии. Танцорами в клубах. С продолжением, понимаешь? В ваше время такого не было? Нет? Какой ты счастливый.

У нас не так. Мне когда жрать нечего было, мне Макс пельмени приносил… он питерский, ему проще… Ты спрашиваешь, я соглашался? Никогда я не соглашался. Если ты так хочешь знать. Ни разу.

Ты побледнел, как привидение. Как тогда, под лучом прожектора. Швырнул кий на сукно и присел на столик. Раскрошил мел в руке.

– Митька, – сказал я.

– Всё, я проиграл, – откликнулся ты. – Пиво за мой счет.

– Ты нормально играешь, – сказал я.

– Не переигрываю? Вот спасибо.

У тебя выступили слезы на глазах.

Слезы вызвать нетрудно, знал я. Надо просто хорошенько себя пожалеть. Выглядеть счастливым на сцене даже труднее. Да, я это знал. Я вообще много чего знал об актерском мастерстве. Чего я о нем не знал, того и знать не надо.

Только я не знал, что делать сейчас. Или хотя бы сказать. Качаловская пауза затянулась.

– Митька, – сказал я. – Не обижайся.

– Я? Я не обижаюсь. Я просто зря пришел. Зря надеялся. На божью милость, ага.

– Нет никакой божьей милости, – возразил я.

 – Ты уж извини. Это все обман. А правда в том, что… ты самый перспективный актер из тех, что я видел за последнее время. А я видел многих. Понял? Обычно я никому этого не говорю. Ты первый.

Ты утер слезы пальцем. Палец был вымазан красным мелом. Получилось забавно.

– Посмотри на себя, – сказал я.

Послушно ты подошел к зеркалу. Улыбнулся.

– Переведешься на заочное, – сказал я. – Поедешь в Москву. Я возьму тебя на стажировку. Будешь делать то, что я скажу.