Карельская сага. Роман о настоящей жизни

Он даже лосиные рога принимает, так что если вдруг найдем – сдадим. С ягод и грибов мы с Кириллом можем за день рубля на полтора-два насобирать, надо только чистые ведра взять, а то Очкастому везде бактерии мерещатся, – Алексеич поднял крышку кастрюли, где варилась уха, и заглянул внутрь. – Всё, ужин готов. Помоги, брат, подняться маме и проводи к рукомойнику.

Загремели тарелки, а посередине деревянного стола, в банке из-под консервированных томатов, ненадолго зажглась толстая парафиновая свеча.

V

В лес Кирилл с Алексеичем уходили рано, едва над лесом начинало всходить солнце. Кирилл кутался в старый свитер, поверх надевал старую куртку и всё равно замерзал, хотя боялся в этом признаться. Алексеич договорился работать в вечернюю смену. Всё утро он пропадал в лесу с Кириллом, собирая ягоды и грибы. Перекусив на ходу, он отправлялся пешком в поселок к Очкастому, сдавал собранное за утро и отправлялся работать. На машине он не ездил, чтобы сэкономить деньги, даже бензин слил из бензобака в канистру и спрятал в колхозном ангаре.

– Так, посмотрим, – деловито говорил Очкастый и, вытирая руки о синий рабочий фартук, аккуратно высыпал грибы из ведра в деревянный, застеленный газетой ящик, поставленный на весы. – Три килограмма. Вот, правильно, такие хорошие и надо собирать. А то несут мне всякие огромные, уже трухлявые. Куда мне такие? Отправлю, а мне с головной заготовки потом по шапке надают.

Мы стране самое лучшее давать должны, нас тогда и зауважают, карелов.

– А волнушки берете? Волнушек полно.

– Волнушки? – задумался Очкастый. – Пожалуй, что ящичек бы взял, но, увы, вполовину дешевле. Ценность не та. Пару ведер принесете и довольно. Но червивых не брать. И смотреть, чтобы все одинакового размера были. Все до единого грибочка!

«До единого грибочка! Ну, брат, будем каждый проверять, иного выбора у нас нет», – подумал Алексеич, выходя из заготовки.

Работалось ему с трудом, в полудреме. Руки были как ватные, инструмент из них выскальзывал в самые неподходящие моменты. Вечером, с трудом преодолев сорокаминутный путь на второе озеро, Алексеич умывался, выливал на себя, зайдя за сарай, ведро холодной воды и укладывался спать наверху. Слегка поправившись, Лена суетилась у плиты и выходила в огород набрать зелени и подышать воздухом. Кирилл не высыпался, но не жаловался.