Карельская сага. Роман о настоящей жизни

Игорек вытирал руки об штаны, зачем-то взглянул на часы, потом на бегающего туда-сюда дядю Сашу и испуганного Юру, топтавшегося на месте и решавшего, продолжать ли ему таскать кресла или это занятие более никому не нужно.

– Сюда поди, – грубо сказал Игорек Кириллу, предчувствовавшему нечто тревожное и не знавшему, куда себя деть.

В следующие несколько секунд Игорек, предварительно сплюнув, о чем-то эмоционально рассказывал Кириллу на ухо. Снова раздался автомобильный гудок, в ворота принялись стучать: «Долго ждать будем? Открывай, потолковать надо».

– Всё, давай бегом, там пролезешь через забор, – Игорек кивнул в сторону дыры в ограде, наспех заделанной фанерой и листом оцинкованного железа, снова сплюнул и стал искать в карманах сигареты.

Кирилл, отодвинув фанеру, вынырнул за территорию. Он бежал наверх, в горку, с трудом сохраняя дыхание. Он не видел и не мог слышать, как, перекрестившись, дядя Саша открыл скрипучие ворота, как на территорию въехал серый «Опель» с мятой водительской дверью, как из него вышли трое и, ухмыляясь, стали осматриваться.

У того, лысого, с огромным брюхом, который был за рулем, во внутреннем кармане кожаной куртки лежал пистолет. Из-за того, что куртка была на размер или два больше, в месте внутреннего кармана она слегка топорщилась, и очертания пистолета угадывались с расстояния нескольких шагов. У Юры по спине бежали мурашки и ноги подкашивались. Игорек стоял спокойно, стараясь припомнить, где – в сарае или на теплоходе – он оставил сигареты. Дядя Саша побледнел, руки его дрожали, и говорил он тонким, чуть срывающимся голосом.

– Чего не открывал так долго?

– Так… работали… руки отмыл от масла…

– Пока стояли, ждали тебя, ссать захотелось, – откинув полы кожаной куртки назад, лысый спокойно расстегнул молнию на джинсах и пустил струю на скомканную старую паклю, лежавшую у забора.

Лысый мочился долго. От струи шел тяжелый сероватый пар. Сотвори подобное кто-нибудь из своих, дядя Саша закатил бы скандал и, схватив нарушителя за шиворот, потащил бы за сарай к туалету.

А здесь он по-детски улыбался и подхихикивал. Двое таких же лысых стояли, опираясь на машину, и ржали.

– Инвайт, просто добавь воды, – произнес лысый, застегивая штаны.

– Да-да, – ответил дядя Саша и еще больше покраснел от страха.

– Ну, папаша, мы хотим десять процентов. И не крысятничать. Всё равно узнаю, сколько ты тут заколачиваешь бабла со своими пидорками. Десять процентов каждый месяц, десятого числа.