Гриша

– Как хочешь, – она перешла на шёпот, – у тебя женщины есть?

– Какие женщины? – я немного напрягся. Так сразу…

– Ну, жена, сёстры? – Саасхан-сорока повела меня туда, где нас не могли слышать.

– Жена есть, мы с мамой живём. А что? – ответил я честно.

– А то, что у нас много замечательных тканей на складе для юбок, жилетов, пальто, брюк. Мы для хороших людей, таких как ваше звено, что быстро примчались из самой Москвы, можем их продать по цене мерного лоскута. Ну, просто за копейки. У вас будет радостное настроение, и вы ускорите пуск красильного агрегата на пару деньков раньше, чем этого требует договор.

А механика, что экономил смазку на агрегате и привёл к такой поломке, я удушила бы своими собственными руками и оторвала бы ему… ой, извините за подробности. Но отрывать я ничего не буду, самой пригодится, он муж мне законный…

Вот такого монолога я никогда ранее не слышал. В обеденный перерыв мы с Саасхан были уже на складе готовой продукции, и у меня разбежались глаза от разнообразия. Она посоветовала отрезать зубчатыми ножницами образцы размером в ладонь, пронумеровать и отправить их домой, чтобы женщины решили, что и сколько им надо купить.

Авиапочта мигом доставила бандероль в Подмосковье, и за день до нашего отлёта меня вызвали в «первый отдел» фабрики. Для тех, кто не знает, объясняю. В таких отделах трудились не покладая рук самые преданные стране люди. Они ревностно следили за всеми другими гражданами и гражданками, за их высказываниями и деяниями, связями с неблагонадёжными и подозрительными гражданами и гражданками.

– Александр? – человек в сером костюме был само обаяние. – Присаживайтесь, пожалуйста. Как вам у нас работается, как отдыхается?

– Всё нормально. Отдыхать не получилось. Мы закончили свою работу и завтра планируем вернуться в Москву, – я знал про эту службу и гадал о причине такого приглашения. – А что случилось?

– Конечно, вернётесь. Вот только объясните мне смысл этой телеграммы и можете лететь домой.

Фабричный чекист вынул из картонной со шнурками папки почтовый бланк и положил мне на обозрение:

Телеграмма.

Срочная.

«Хакасия зпт черногорский камвольный комбинат зпт командировочному из москвы (далее фамилия и имя) тчк надо брать тире четыре тире два зпт шесть тчк восемь тире три ровно тчк девять тире померяй длину ног умножь два зпт целую гала».

Когда я рассказал офицеру про номера образцов и их длину, чтоб купить мерным лоскутом со скидкой, мы с ним вместе ржали как кони минут десять.