Самбор

Единственное, чего я могла желать это призыва на службу к богу. Но он поощрял волю моего Господина и позволял держать меня в рабстве. Рано или поздно я разгадаю эту загадку и буду благодарна Берриане. Той что редко, но являлась ко мне во снах, которую отвергало сердце искренне и неумолимо. Давно забытая богиня, которая решила продолжать повиноваться людям. Мне оставалось лишь надеяться на благосклонность других богов. И оказалось не напрасно.

***

После стирки я выносила мокрые вещи в сад, чтобы повесить их сушиться.

Пока таскала корзины, Журри сидела возле калитки и, как всегда, смотрела в одну точку.

Девушка все прекрасно понимала и не пыталась поговорить со мной. Она вообще не отличалась любезностью и неустанно злила брата, который срывал свою злость молча, не подавая вида. Как же жалко выглядели они оба. Для чего вообще держаться друг за друга, когда между вами такая пропасть? Но даже так, я не хотела иметь ничего общего с Журри и ее проблемами. Мне было приятно игнорировать девушку пока брата нет дома.

Она не была глупа и в глубине души знала, что именно, между нами, двоими за настроение. Временами меня наполняло до краев любопытство, ведь от Журри веяло божественным следом. Но, как и было велено, я не смела поддаться этим чувствам и лишь наблюдала, тренируя себя и свои мысли. Я должна была обуздать себя саму и научиться сдержанности, познать владение мыслями и взять верх над разумом.

Это был один из редких дней, когда на улице нежарко и пахнет дождем. Море волновалось, шумело, билось о скалы, пугая прохожих.

Я настолько привыкла к этому месту, что перестала удивляться и любоваться красотами. Здесь было на что посмотреть, но не тогда, когда ты не умеешь радоваться мелочам. Людские радости для меня лишь эхо, которое бьется о столбы нерушимой памяти, но никак не воспринимается.

Последняя корзина оказалась полупустой и выйдя на крыльцо, я бросила взгляд на одинокую и молчаливую девушку, которая не двинулась с места, словно неживая. Хотелось в очередной раз убедиться в том, что совесть ее мала и не воспитана, словно брошенный при рождении в поле ребенок.

Тело слегка тряхнуло. В грудь будто вбили гвоздь.

За перилами веранды в тени козырька стоял кто-то в длинном темном плаще, наблюдая за Журри. Странный холод наполнил все тело, заставляя онеметь и бездвижно наблюдать. Я была скорее не напугана, а удивлена. Не так часто в моей жизни происходят незнакомые моменты. С появлением девушки их становилось с каждым днем все больше.