Самбор

Может быть, у меня и была возможность стать кем-то другим, но этот путь понятней и ближе всего. Только так могу чувствовать себя настоящей.

Тихо отвязываю кинжал и встаю с пола. Доски противно скрипят. Я замираю. На лице расцветает впервые та самая улыбка. Это так приятно предвкушать, думать и представлять. Подхожу к брату и целую его в щеку.

А ведь мы были детьми. Тогда в нас заложили совсем не те морали, что должны были.

***

Утопленники не горят

Лореул. Прошлое.

Каэлин Рогнед.

Все было неоднозначно.

Если она уйдет, то вслед уйдут они оба. Но при этом я так страстно этого желала. Для меня не сложно запереть Деяна, сделать пленником навсегда и вечность быть рядом. Но разве это здоровые мысли? Это то, что должно увидеть свет? Он даже не знает о моих способностях, до сих пор считает слабой, невинной и добродушной. Пусть так будет и дальше. Журри не сможет его забрать у меня. Только не таким способом.

Однако, чем больше времени девушка проводила в нашем доме, тем теснее становилась связь с Воронвэ, который учил меня день и ночь порядку.

Ненужные мысли я блокировала и заменяла своими. Не все слова бога достигали моей головы. Я фильтровала каждое сказанное предложение и копалась в воспоминаниях матери. Таким образом, поняла каких ошибок способна избежать, а к чему стоит прислушаться больше, чем нужно. Я сделала выводы о многом.

– Что ты делаешь? – спрашиваю тихо, кусая зубами трубку.

Кресло, в котором я сидела, слегка качалось вперед-назад от ветра. На веранде было холодно, но меня это трезвляло и толкало на прочные мысли, которые были важны.

Девушка испуганно вздрагивает и хватается за перила. В воздухе парит темная и едкая магия, отчего щиплет болезненно нос. Погода мрачная и шумная. Навряд ли нас кто-то может услышать. Я втягиваю в себя табачный дым и наблюдаю. Кажется, что-то чего так долго ждала, наконец, произошло. Журри начала грешить. И не просто грешить, а ломать чужие судьбы, причинять боль и следовать примеру обезумевшей матери комели. Не думала, что ждать придется так мало, но девушка продолжает удивлять.

Даже смешно, что и сейчас на ее лице маска жалости, а по щекам текут очередные слезы.

Она и правда навредила Деяну.

– Напугала, – виновато шепчет Журри, сжимая в руках какие-то безделушки. – Я…

– Уходишь? – перебиваю ее, не желая выслушивать вранье. Мне нет нужды слушать витиеватые речи и кучу оправданий. – Как ожидаемо. Мне даже немного стыдно, что я сомневалась в том, что ты способна оступиться.