Синдром Линнея

Но крем был недолжной консистенции, и торт упал обратно на стол;

– выкинул в форточку будильник, утром не смог его найти на улице, и было плохо, ведь не мог вставать на работу по звонку;

– попытался выкинуть в форточку магнитофон, но тот в форточку не пролез;

– четырьмя ударами об асфальт заставил замолчать свой мобильный телефон;

– пытался разбить очки, ударяя их о пол, но не смог и был вынужден растоптать;

– пытался разбить о пол пепельницу из толстого чешского стекла, но это оказалось чрезвычайно сложным делом, на которое у него ушло целых два часа;

– выкинул с последнего этажа пляжные тапочки;

– разбил кофемолку.

Крупные вещи в состоянии сильного опьянения он просто не замечал, поэтому не трогал.

За такое поведение очень стыдно только на утро. А ближе к ночи не очень понимаешь, кто ты такой. Сознание угасает и просыпается. Мысли всплывают, потревоженные, отравленные и бессильные, возвращаются в тёплый ил подсознания, на их месте появляются новые, ещё более нелепые.

Одно время у него появился силикатный белый кирпич, который Скорбов царапал разными предметами, пытаясь стереть кирпич в пыль. Он поставил себе такую задачу. В зависимости от тяжести опьянения инструменты были от деревянной зубочистки до кухонного ножа. Но запрещённых приёмов не применял – не бил по кирпичу молотком и не подкладывал под асфальтовый каток, когда тот движется по каменной поверхности. Неизвестно, насколько стёрся в пыль кирпич – однажды он просто пропал, видимо, выкинули товарищи, посчитав занятие собутыльника не очень здоровым.

Поэтому последнее время Скорбов разлюбил выпивать в компании и всё чаще сидел один. Но когда напивался в одиночку, у него практически отсутствовала ненависть к вещам. Ведь её некому было демонстрировать. Скорее всего такая нелюбовь была наносной и показной. Он так и не стал настоящим тёмным гностиком.

Вольные дни

От метро до стадиона Локомотив по обе стороны пешеходной дорожки стояли люди, торговавшие китайской одеждой.

Морковин продавал из двух больших пластиковых тюков розовые футболки с расплывающимися Микки Маусами. Когда у тебя один вид товара, его не нужно раскладывать на прилавке. А значит, можно и не оплачивать торговое место в окрестностях стадиона, превратившегося в самый большой на пока ещё советских территориях рынок, Черкизовский. Это называлось – сбросить товар по-быстрому. На Черкизовском рынке делали покупки оптовики со всей страны.