Красавицы и чудовища. Драмы 21-го века

Ариадна (не слышит его последних слов) Брат убит, птицы о том кричат. Тезей выберется из лабиринта, он отвечает за жизни всех, кто был с ним, он не забыл про клубок. Я рисковала всем не зря. Но как тяжело ждать и гадать.

Икар Ты отправишься с ним в Афины?

Ариадна Я не смогу тут оставаться. Наши с тобой судьбы странно похожи, даже удивительно. Если он не вернется, значит, для меня останется только пучина морская и дедушка Посейдон

Появляется Цирцея в своем великолепной облике

Ариадна Так это была ты, как же я разу не догадалась?

Цирцея Это я, а ты делала то, что от тебя требовалось.

Осталось только на время задержать Федру и освободить Дедала, как я ему и обещала. Она слишком многого хочет, но не все сразу получит, хотя и не пропадет в мире, нет, пропадет, но не сразу. Царицей Афин она все-таки станет позднее.

Ариадна А что будет со мной?

Цирцея Сама увидишь, не долго ждать осталось.

Сцена 3

Икар уходит, появляется Тезей с его людьми, он бросается к Ариадне

Тезей. Уходим быстрее, пока царю не донесли, что нам удалось выбраться.

Ариадна Ты не забыл обо мне…

Тезей Разве я когда-то смогу забыть то, что ты для нас сделала, но надо торопиться, иначе мы будем заперты в том самом лабиринте и больше не сможем выбраться.

Ариадна Как жаль, что это только благодарность. Но ведь и из нее может вырасти со временем любовь.

Тезей Пошли скорее, нам нельзя медлить (Он подхватил царевну на руки)

Ариадна Цирцея сказала, что она задержит Федру, все еще может быть.

Тезей С чего бы Цирцее помогать нам, ты ничего не перепутала? Она что-то затевает, но разберемся потом, отчаливайте немедленно, хватит испытывать судьбу

Они вскочили на корабль, и он отправляется в путь

Ариадна Я выбралась из лабиринта. Какую страшную цену пришлось заплатить, но не стоит о том думать. Теперь все будет, как будет. Одно понятно, на родной остров мне больше нет пути. Я никогда не увижу отца, а ведь он так меня любил, наверное, и теперь не верит, что я его предала, но ему придется поверить.

Федра будет молчать, потому что ей хочется занять мое место, но вряд ли у нее это получится. Она и прежде оставалась нелюбимой, а уж теперь. Но ничего, она не пропадет, там матушка, Икар, Дедал. А мне надо подумать о себе, о жизни в чужом мире, среди чужих. Богини были беспощадны, но разве я сильно противилась? Нет, они выбрали ту, которая сама готова была и спасти чужих и предать своих. Не стоит на богинь пенять, они просто все видят и знают.