Вишни. Роман в двух книгах. Книга вторая

Через полтора часа Вася уже шагал по Новониколаевке и вспоминал всё, что ему наказывал ему Илья Пантелеевич. Без труда найдя конторку слободского старосты.

На крыльце столкнулся с полицаем, который или проявляя бдительность, или выслуживаясь, стал проверять «аусвайс». Молча проверив и отдав документ, вздёрнул на плече ремень винтовки и заковылял вразвалку по улице.

Волостной староста был на вид моложе даже пятидесяти лет, одет не по-деревенски, а ближе к интеллигенции, в костюм, хоть и видавший уже виды и хорошие, но тоже не новые ботинки.

Возможно, до войны, староста занимал какую-то руководящую должность или даже проживал в городе. Он внимательно прочёл петицию Пантелеевича, заулыбался, покачал головой и заговорил.

– Вот, старый хрыч! Он тебя, как будто рекомендацию в комсомол или того выше, в партию написал. Мог бы и попроще брехать, у тебя и без того на лбу написано – «комсомолец» и дай в руки оружие, знал бы в какую сторону повернуть.

Так?!

Вася помолчал немного и ответил:

– Моя семья, и мамка и сестры и брат с голоду помирают, а вы о каком-то оружии говорите. Мне бы хлебом разжиться, чтоб хоть полмесяца продержаться.

– А потом, что?

– Бог даст, трава попрёт, тогда уже голод не грозит.

– Ну, да ладно, будь, как хочешь. Ступай, коли не судьба помереть от голода – помрешь от холода. Кому судьба утонуть, тот и в ложке супа утонет, захлебнётся. Напишу тебе пропуск.

Может родня в беде не оставит, если сами не голодают.

Не задерживаясь, Василий, двинулся дальше в путь. По его расчётам, если его никто надолго нигде не задержит, то к вечеру должен поспеть к месту назначения. Благо долгота дня уже увеличилась сильно и темнеть начинало около 20 часов вечера. Даже, если делать привалы и будет тратиться время на проверку документов и прочие неучтённые случаи и-то должно с лихвой хватить.

Ещё не было семи часов вечера, когда Вася с высот над хутором Едуш созерцал в низ, где в долине Миуса стоял фронт.

И расстояние до передовой линии, ничуть не отличалась по расстоянию до неё, от того, что было в том, где он нашёл с сестрой пристанище, в хуторе, где они нашли добрую и заботливую вторую мать, Mutter, хотя, если правильнее сказать, то не они, а она их нашла.

Владимир Леонидович, встретивший Василия у калитки, недоверчиво выслушал историю Васи.