Наследие

Движение на центральной улице было перекрыто в шести кварталах, поэтому потоки людей свободно струились по дороге, вдоль которой стояли тележки с едой, уличные торговцы, различные лавки и столы с информацией от общественных организаций. Всюду звучала громкая живая музыка. В конце улицы, которая примыкала к парку, была установлена сцена, где разместились приглашенные музыканты. И даже погода в тот день заботливо одаривала жителей и гостей города летним теплом, на небе редко вальяжно пролетало облако.

Толпы горожан заполнили ярмарку, надеясь приятно провести время. Тем временем террористическая радикальная группировка решила свести какие-то старые счеты, устроив на ярмарке кровавое поле боя. Прозвучал взрыв, возникла паника, обезумевшие люди бросились врассыпную, сбивая друг друга с ног, отчаянно стремясь не упасть и не оказаться растоптанными под ногами других людей. Дополнительные бригады полиции, прибывшие на место для поддержания порядка, неожиданно для себя оказались бессильны против толпы, раздались выстрелы, двоих сразу убили.

Первое время музыка заглушала пальбу из пистолетов, крики, стоны раненых. И Бадди с родными пробирался через этот ад к машине, он помнил, как был озадачен его отец и в скором времени отправился на военную кампанию, являясь истинным патриотом страны, но, к сожалению, вскоре он пропал, и его вспоминали как героя.

Бадди очень гордился им, и память о нем для него была важна.

Он вспомнил, как его мать всегда особым образом складывала письма перед отправкой на фронт, как она тщательно проглаживала все сгибы ногтями, чтобы бумага вошла в конверт идеально. С заботой и любовью, вплоть до того самого дня, когда пришло известие о его смерти, и это был самый черный день в истории семьи Гриффитов.

На улице поднялся сильный ветер, который с громким хлопком закрыл окно, прервав мысли молодого человека. Наверху раздались шаги, к разговору все было готово.

Миссис Гриффит спустилась по лестнице, он смотрел сегодня на нее как-то по-другому, словно увидел ее в первый раз: следы седины пробивались через ее пышные пшеничные волосы на висках. Мятый зеленый шелковый халат был накинут на опущенные плечи. Ее ноги, обутые в тапочки, бесшумно ступали по пролетам. Его сердце сжалось в груди. Увидев Бадди, она сразу поняла, что он все для себя решил, и, мягко улыбнувшись, подошла к нему.