Моя бабушка – пиццерия

 – Также бесшумно ответил Томмазо, который хотел себя зарекомендовать с первых минут. – Ну всё, ciao, nonno![29 - пока, дедушка ! (Итал.)] – поднял он голову наверх и махнул дедушке. – До встречи, ма, па! Думаю, вы скучать не будете! – Услышав это, Илария испугалась, что сын всё-таки всё понял и кинулась целовать его прямо через опущенное стекло. – Пока, мелкая! Веди себя хотя бы иногда не так прилежно! – выбираясь из маминых объятий, выкрикнул Томмазо Стелле и повернулся к Энцо, – ещё минуту, и я не выдержу, трогай…

– Даа, ну и семейка собралась.

Целый театр драмы! Ну ничего, хоть немного переключишься. Думаю, мы подружимся! – с чистой совестью сказал во весь голос Энцо, когда они отъехали от рыдающей на плече у Марио Иларии и тоже готовой вот-вот расплакаться Стеллы.

– Уверен. – Ответил Томмазо и надел солнечные очки.

22

После отъезда Томмазо, семья почувствовала себя, словно плавно идущий корабль по спокойной воде. Марио даже успевал приобнять жену за талию, пробегая рядом, во время рабочего дня, что не могло не добавить ей уверенности в правильности решения дать сыну и им с мужем отдохнуть друг от друга.

Как только Лоренцо и Томмазо добрались до Милана, первый набрал сестру и пообещал и дальше время от времени звонить и сообщать, как у них идут дела, но она стала умолять вместо звонков присылать письма на электронную почту, поподробнее рассказывая обо всём, включая разные мелочи. Без особого желания, но всё же Энцо дал добро, и с тех пор каждое утро и вечер Илария включала компьютер, ожидая увидеть заветный мигающий конверт.

Но входящих пока не было. И тогда, чтобы не терзать себя переживаниями, она решила полностью погрузиться в работу.

В те часы, когда пиццерия была закрыта, она шила новые скатерти, занавески и салфетки для приборов из уже давно приобретённых двух рулонов ткани: кристально-белого и белого в мелкую красную клетку. Она хотела занять каждую свободную минуту, лишь бы не сидеть без дела.

«Зато, как только подойдёт август, и случится ремонт, малая часть для зала уже будет готова… Останется только пройтись ещё разок паром и можно вешать!» – хвалила она сама себя.

Марио тоже времени зря решил не терять и занялся разбором своего кабинета на втором этаже. Сначала он доставал все документы и папки с пыльных полок, затем раскладывал в стопки на полу, потом читал, сминал ненужное руками и откидывал поближе к двери, чтобы уходя выбросить.