Моя бабушка – пиццерия

 – Надеюсь, Томмазо вернётся… А теперь по местам!

4

Было без четверти двенадцать, когда Томмазо вернулся.

– Где тебя носило весь день? – прямо с порога кинулся на него Марио.

– О, а ты чего дома? Разве вы не работаете до полуночи в своей никому не нужной пиццерии?!

– Ma sei proprio un cretino![8 - Ну ты и кретин! (Итал.)] И пока ты жив и носишь фамилию Farina, это и твоя пиццерия тоже! А если бы ты в ней почаще появлялся, вместо того чтобы разгуливать со своими такими же, как сам, глупыми и не ценящими труд родителей друзьями, то был бы в курсе и экономической стороны нашего семейного дела! – отчётливо проговаривая последние слова, Марио чувствовал гордость.

Ведь именно благодаря его с Иларией труду, после смерти матери, дела снова пошли в гору.

– Мне кажется, или ты хотел сказать что-то ещё? – Томмазо на удивление отцу остановился на лестнице[9 - квартира семьи Farina состояла из двух этажей], хотя и смотрел не в глаза собеседнику, а в окно, в котором кроме темноты ничего не было видно.

Марио явно не ожидал, что ему дадут высказаться и решил не упускать эту возможность, пока сын снова куда-нибудь не сбежал. На мгновение ему даже показалось, что Томмазо что-то понял, хотя бы самую малость да осознал, поэтому, вдохнув как следует воздуха в попытке успокоиться, сделал шаг вперёд и как ни в чём не бывало начал.

– Сын. Наверняка ты знаешь, что через несколько дней, на набережной Караччоло начнётся важный для нашей семьи, да что уж там – для всех уважающих себя мастеров пиццы, фестиваль.

Сотни лучших шеф-поваров со всего мира приедут, чтобы доказать…

Но Томмазо перебил его.

– Па, я слышу эту речь каждый год… – он облокотился на перила лестницы.

– Правильно. Всё потому, что мы до сих пор так и не добились нашей цели. Из года в год мы то приближаемся, то отдаляемся от заветной мечты. И каждый год ровно за неделю до открытия фестиваля у меня замирает сердце. Я не могу ни есть, ни пить! Спать не получается толком, понимаешь?! – он сел на край дивана.

 – Я вспоминаю, как первый раз попал туда. Как после нескольких напряжённых дней участия был выжат словно лимон. Хоть ведро limoncello[10 - итальянский лимонный ликёр (Итал.)] делай! – он коротко улыбнулся и махнул рукой. – Ты когда ходишь с друзьями на футбол, чувствуешь ведь то же самое, ну!? – Марио была крайне важна поддержка сына. Казалось, он забыл про весь гнев, который испытывал прежде.