Море житейское

Села на диван. Когда-то лет 15 назад она играла в спектакле мать, у которой на глазах фaшиcты paccтpeливaют единственного сына. Тогда она рвала на себе волосы, громко рыдала и выла в голос. Впрочем, эту роль она видела совсем по-другому, но режиссером был ее муж Петр Максимович, а он всегда в театре вел себя как тиран. Заставлял ее выть в голос, хотя это смотрелось неправдоподобно.

На секунду погрузившись в воспоминания, Екатерина Михайловна вдруг поняла, что думает о чем-то не о том… Сейчас все было по-настоящему.

Марина в бoльнице. Она одна сидит в квартире и не знает, что ей делать. И она упала на подушки и расплакалась. Плакала долго, и хотя никто не видел ее слез, ей было удивительно жалко себя. Ведь 60 лет только исполнилось, а, можно сказать, что жизнь закончилась.

И сколько лет уже длятся ее несчастья?

Да, пожалуй, что все началось со cмepти Петра Максимовича. Он был глыбой и такой опорой, о которой любая актриса может только мечтать. Художественный руководитель республиканского театра драмы, режиссер.

Сам сценарии писал, рисовал, модели платьев ей делал, а они подчеркивали достоинства ее изящной фигуры. А yмep внезапно от cepдeчного пpиcтyпа в 65 лет. А еще так многое успел бы сделать. Ведь маститые режиссеры и 85 лет в театрах служат. И она при нем еще бы поиграла, поцарствовала на сцене.

А так. Худруком стал ученик Петра Виктор Добрич. 15 лет около него крутился, в глаза заглядывал, а как власть получил, то ее – ведущую актрису театра – убрал на задворки. Спектакли с ее участием постепенно позакрывал, новых ролей не давал, и стала она выходить на сцену три раза в месяц.

Хорошо, что еще из театра не погнал. Но ведь все-таки она имеет звание народной артистки. Нельзя ее из театра выгонять. Таков уж негласный закон.

Но сколько боли. Сколько унижений! Екатерина Михайловна взглянула заплаканными глазами на стены комнаты. Там были развешаны ее портреты. Петр Максимович хорошо рисовал и за годы супружеской жизни украсил их квартиру и дачу портретами любимой жены. Вот этот портрет ей особенно нравился.

Здесь она в легком розовом платье. Играла в его спектакле мадам Бовари. А платье так шло ей!

Екатерина Михайловна вздохнула. А как тяжело ей дался этот брак. Сколько лет потом в ее сторону смотрели с пренебрежением и негодованием. Мол, хороша, актрисулька. Увела мужа и отца из семьи. Да. Ведь Петр Максимович был женат. Да и немудрено. Такие мужчины холостыми никогда не ходят. А она была молода, но уже успела в жизни хлебнуть несчастий.