За что мне это?

Даже Миша, оторопело смолк, открыв рот от удивления, отнял руки от штакетника забора и уставился на него. Незнакомец изрёк:

– Меня зовут Арсен. Я приду к тебе сегодня вечером, жди меня.

Я спокойно ответила незнакомцу:

– По доброму не советую тебе, этого делать, ты мне тут не нужен.

Тогда он настырно высказался о своих намерениях, созревших к тому времени:

– Меня зовут Арсен, я сказал. Сегодня я приду, и я тебя куплю.

Я поняла, что он просто пьян и, принимая за шутку шокирующее своей откровенностью высказывание, я рассмеялась:

– Ух, ты! И сколько же ты мне предложить можешь?

Наивный охотник до сомнительных удовольствий на полном серьёзе протянул мне скомканные в грязном кулаке советские трёхрублёвки.

Тут нам с Мишкой стало ясно, что человек не шутил, и я так возмутилась его наглости, что раскричалась и прогнала обоих прочь. Миша, крепко подхватив того мужичка за руку, что-то недовольно выговаривая ему на ухо, увёл его прочь. Нетрезвый по всей видимости Арсен подчинился его решительности, и конфликт на этом был исчерпан.  – Это я так думала.

День, унося тепло вместе с солнцем, быстро сменился холодным промозглым вечером, который так же стремительно улетел за горы, вслед за солнцем. Из-за близости гор, здесь вечер в этих местах длится не больше часа, как только солнце уходит за горы, почти сразу наступает темнота. Был уже ноябрь месяц, даже на юге дни дышали осенней свежестью, а ночи несли холодную всепроникающую сырость.

Поэтому я, управившись днём со стиркой и уборкой дома, вечером приготовила ужин и, накормив детей, уложила их в постели пораньше.

Отправила их в кровати прямо в одежде, чтобы не замёрзли и включили им телевизор. А сама уже поздно вечером ещё нарубила немного дров, чтобы протопить на ночь печь-голландку. Обязательно надо было к ночи прогреть наши остывшие кровати и сам дом. Я занималась дровами и печкой до ночи, и от усталости уже клевала носом около раскалённой дверцы печки в ожидании, когда догорят последние угольки, чтобы закрыть заслонку дымохода.

Наконец, покончив с делами, я и сама юркнула в уже прогретую постель и заснула, как только моя голова коснулась подушки, так я устала за этот длинный полный хлопот день. Часа в два ночи, когда мы все, разомлев от тепла протопленной печи, спали крепким сном, сквозь сон, я услышала, стук в дверь, громкость которого нарастала по мере того, как я возвращалась в реальность. Я очень крепко спала и не сразу проснулась.