В ожидании полета

Молодой человек: Нет, если я назову его, шутка испортится.

Девушка: Так для тебя это все шутка?

Молодой человек: Трагическая шутка, как обычно и бывает в жизни.

Девушка: А что будет в конце?

Молодой человек: эта самая штука, что движет солнце и светила.

Девушка: Это невозможно.

Молодой человек: Ну я очень постараюсь.

Девушка: Я не поддамся.

Молодой человек: Если бы поддавалась, то мои старания ничего бы не значили.

Девушка: Я не хочу с тобой больше говорить.

Молодой человек: Знаешь, мне обидно, но по сути все, что я хотел, уже сказано.

Он уходит. Она остается стоять посреди улицы, на ней становится все больше людей, котенок у нее под пальто жалобно мяукает.

V Она Сказала, Она Сказала

1. Николай[36 - Музыкальная тема данного эпизода песня группы Dropkick Murphys – «Kiss Me I'm Shitfaced»]

– Изопьем же чашу сию во славу всех святых! – Николай опрокинул рюмку текилы. Непонятно было к кому он обращался. Он сидел один за столиком и был уже основательно пьян.

Он возопил:

– Как на счет «Сказки в Нью-Йорке», зима начинается, или я один в курсе?! – Николай не надеялся на ответ, он вообще не понимал, как оказался здесь, один, в конце этого печального ноября, но с другой стороны, почему не отпраздновать конец осени. И начало зимы тревоги нашей. Николай не понимал, почему он не позвонил и не позвал Костю, может потому что тот бы не пошел. Дружба тонкая вещь, она легко рвется под влиянием влюбленности, ну или по крайней мере становится далеко не столь прочной.

И вот он здесь. Он чувствовал себя заговорщиком, бедолагой, пробравшимся на праздник, на который его не приглашали. С другой стороны, он никому не был обязан давать отчет в своих делах и в своих действиях. И прежде всего, самому себе. Он почувствовал себя глупо от осознания того что двумя прочными нитями, привязывавшими жизнь его к земле, были Марина и Константин. Марины больше нет и никогда не будет. А Костя…он теперь сам парит в небесах. И Николаю дергать сумевшего туда забраться друга было как-то совестно. Совестно? Почему ему должно быть совестно?

Мимо прошел какой-то человек, Николай не разглядел его, он сказал:

– Давай-давай, еще, умница.

Николай выпил третью рюмку текилы. То есть до этого он пил вторую, чтобы вы понимали, что мы не путаемся, но в этом баре, оду которому я готов петь до скончания веков приносили сразу три рюмки на человека.