В ожидании полета

Роман: Мне и есть, что сказать, я сам уже два года женат, при опыте.

Павел: Знааааем мы твой опыт, глаза бы не видели (тихо и в сторонку)

Инга: И виноградных лоз, и счастье на дне стакана, любовь завершается мучительным стаккато.

Константин: я хоть и считал, что научиться любить можно, а теперь считаю, что нельзя, но в этом вопросе мое мнение не поменялось – нет в любви никакой справедливости. Да вы знаете все мой опыт с Леной, какая же тут справедливость, ведь извела.

(Остальные согласно кряхтят в унисон)

Официантка Н.

: Ему бы все я дала, что дать положено нам миром, но ему нужна была лишь лира.

Роман: А, по-моему, справедливость более чем бывает, во-первых, и это наиглавнейшее – не гонись за красотой, не то станешь ее рабом. Так всегда бывает, что, у тебя не так было? А во-вторых, каждый должен свое дело знать, о своем заботиться. Вот у меня машина есть, разве я подпущу жену к машине? Глупость же? И не дискриминация. А честное разделение труда. А она разве подпустит меня к готовке – да я такого наварю, что все подавятся.

И так во всем. Все разделили. Вот и устроен справедливый быт.

Константин: Фашист!

Артем: интересно ты, конечно, говоришь, но разве сами твои речи справедливы? Вдумайся-ка как следует! Разве сам принцип деления справедлив? Да и если уж, на то пошло – на нем ли все зиждется – разделил и гуляй свободно, так что ли? Это теория братец мой, давным-давно отмерла, да и сколько нам известно примеров универсализма. Что скажешь, нет? А вот давай-ка наконец делить – все состоит из единств и множеств – разве семья – это множество, которое можно поделить на составные части и тогда одно будет самотождественным, а другое по отношению к нему иным.

Разве не справедливость рассматривать семью как некое единство и соответственно тождественность, а не-семью как нетождественное и по отношению к тождественному иное.

Паша: О боже мой, а я еще почти что трезв.

Константин: Я после слез змеи, однако, резв.

Инга (со значением, беря ля-минор): За золотом волос, Гусь, Гусь, Гусь.

Роман: Вот от тебя я такого не ожидал – это Константина словно речь, он что тебя, покусал со своей философией, что за сюрреализм?

Артем: И впрямь, словно мною что-то говорит (растерянно смотри по сторонам, официантка А. предлагает ему сигару и подкуривает. Официантка Р. высоко вскидывает ножку. А господин у барной стойки похабно смеется).

Константин: Все верно, так и есть. Ты так сказал, как и сам бы я изрек.