Больше, чем мама. От «плохой матери» до самореализации и счастья

Думаю, «плохая мать» действует одинаково. Пилит за любую ошибку и промах.

Чем старше дети, тем больше ошибок. И «плохая мать» ликует. Напоминает, что ты не сделала, не досмотрела, не смогла. Слишком избаловала, кормишь неправильно, мало играла, совсем не водишь на кружки. Плюсуйте сюда школьный опыт ошибок. И жизнь превращается в тетрадку, где только росчерк красной ручки и нет надежды стать лучше.

«Плохая мать» жила со мной долго. Пожалуй, до третьего ребенка. И даже после заходила на чай. Я выгнала ее, когда поняла, что в страхе и погоне за «хорошестью» упустила любовь.

Любить сложно. Даже детей. Особенно детей. По-настоящему: без условий, ожиданий и притязаний.

Детям не нужна хорошая мать (повторяю это как заклинание каждый день). Им вообще по барабану, вымыты ли полы. Им просто нужна Мама и ее любовь. Можно без развивашек и даже (не верю, что скажу это) без супа.

Человек может вырасти здоровым без супа. Без любви получится больное покалеченное существо.

Может, я боялась потерять главную оценку.

Главную любовь. Любовь мамы.

Может, и моя мама тоже хотела быть «хорошей», старалась делать правильно и где-то что-то потеряла?

Страх забирает любовь. Он питается ею. И отступает, когда я разрешаю любить без условий. Себя и детей. Когда напоминаю себе, что нет оценки важнее, чем наша взаимная близость.

Близость хороша, когда она соседствует со свободой.

Ведь близкие могут быть слишком близко. И об этом следующая глава.

Зависимость

Страх и потерю мечты нужно было прятать.

И я «делала лицо». Когда внутри горит боль, трудно улыбаться без допинга. Я пробовала еду, алкоголь, тусовки и подруг. Но больше всего мне понравилась игра в любовь.

Раньше я называла это любовью. Теперь – созависимостью.

Я не сразу разобралась в терминах. Просто пришла влюбленность и избавила от необходимости проживать боль. Боль не кончилась, не ушла. Я спрятала ее за новыми отношениями.

Я усвоила урок рухнувшей мечты. Вы поняли, я – прилежная ученица.

 Звучал он примерно так: «Не обращала внимания на мужчину? Исправлю». Теперь я смотрела на него. И только на него. Растворялась и попутно примеривалась, куда бы воткнуть зубки созависимости.

Зависимость от людей – самый опасный наркотик. Человек живой, не продаётся в магазине. Его сложно заставить долго быть с тобой без желания. И можно умереть от ломки «по человеку». Зато с ним можно экспериментировать. Мой любимый эксперимент – манипуляция.