Петербургская драматургия. Ежегодник 2022

Через 64 года после трагедии…

Возникают очертания железнодорожной станции. Девочка и мальчик смотрят в небо.

МАЛЬЧИК. Смотри, самолет летит!

ДЕВОЧКА. Немецкий?

МАЛЬЧИК. Ты что! Немецкий наши еще сегодня утром подбили! Ура!!!

ДЕВОЧКА. Точно наш самолет?

МАЛЬЧИК. Да точно!

ДЕВОЧКА. Смотри, смотри! А что это сыплется из него?

Затемнение.

АВТОР. Сыпались бомбы… Вражеский самолет пошел по второму кругу, расстреливая из пулемета разбегающихся детей… Вот документ. (Берет со стола книгу, зачитывает.

) «На станции Лычково в момент подготовки и посадки детей в эшелон был произведен внезапный налет (без объявления воздушной тревоги). Одиночный немецкий бомбардировщик сбросил до 25 бомб, в результате чего разбито 2 вагона и паровоз из детского эшелона, порвана связь, разрушены пути, убит 41 чел., в том числе 28 ленинградских детей, и ранено 29 чел., в том числе 18 детей». С военной точки зрения бомбить станцию Лычково не имело никакого смысла. Это было военное преступление фашистов в чистом виде.

Возникают очертания заводского цеха. В цехе Фрося и ее начальник.

ФРОСЯ. Я вас очень прошу, Иван Максимович! Всего на три дня! Что же мне на колени перед вами встать?

НАЧАЛЬНИК. Не могу, Фрося, как ты не понимаешь? Работать кто будет? Узнают, что я тебя отпустил, – под трибунал отдадут. Время военное.

ФРОСЯ. Ладно вам! Лиду вон отпустили… И никто вас под трибунал не отдал.

НАЧАЛЬНИК. Эх, семь бед – один ответ! Вы, мамаши, с ума посходили! Всем вдруг понадобилось детей их эвакуации забирать! Куда? Зачем? Что здесь хорошего?

ФРОСЯ.

Сердце не на месте! Слухи страшнее страшного по городу ходят! Ночами не спишь, думаешь, как она там? Жива ли? (Плачет.)

НАЧАЛЬНИК. Пиши заявление!

ФРОСЯ. Ой, спасибо, Иван Максимович! Руки вам буду целовать!

НАЧАЛЬНИК. Прекрати, Фрося! Но только попробуй мне через три дня не вернуться!

ФРОСЯ. Вернусь! Вернусь! По гроб жизни благодарить вас буду!

НАЧАЛЬНИК. За что? Вы, мамаши, сами не понимаете, что делаете! Ты вот что, беги в исполком, возьми разрешение, чтобы дочку забрать.

Без разрешения не отдадут, напрасно только съездишь.

Затемнение.

АВТОР. Бабушка приехала в Боровичи, куда эвакуировали мою маму, но детей там не оказалось. Когда стало ясно, что место эвакуации выбрано неправильно и скоро в Боровичах будут немцы, детей отправили дальше – в Ярославскую область. Бабушка рванула туда.

В неразберихе первого месяца войны, многие Ленинградцы вернули своих детей из эвакуации.