Из века в век, страны в страну. Весело и грустно

Народ поднял его до неба, не замечая, как ни странно,

Что зрелища заместо хлеба и очень впереди туманно.

Питалась ложью детвора, отцы оружьем потрясали,

Кричали самочки «Ура!» и в воздух лифчики бросали.

Часть третья. В новом свете, взгляд изнутри

Но многие из насекомых, покинув близких и знакомых,

В поисках земного рая умчались из родного края.

Кто от проблем с текущим строем, другие непокорным роем

Хотели, званые, незваные, достичь «земли обетованной».

Но, не учтя разгона силы, ее случайно проскочили.

И вот негаданно, нежданно, но стали жить за океаном.

Кто жаждал новых развлечений, кто был непризнанный как гений.

Законы преступив на месте, спасался кто-то от ареста,

И многих гнала на край света так надоевшая анкета,

Где принадлежность к некой нации всегда вела к дискриминации.

Кого-то (что за чудеса) сооблазнила «колбаса».

Промчались месяцы и годы, и через труд, через невзгоды,

Но как-то наша эмиграция прошла период адаптации.

Кто вверх полез, кто опустился, а кто чего-то там добился.

Кто денег заработал много, кто для детей открыл дорогу,

Но и немало между тем, кто кем-то был, а стал никем.

И далее в рассказе этом я нарисую ряд портретов:

Таракан

Жить может сам, а может парой, в квартире новой или в старой.

Он любит выпить, кушать всласть и где-то что-нибудь украсть.

Бабочка-красавица

Легка, воздушна и прелестна… Она летит весенней песней.

В улыбках лица расцветают, к ее ногам цветы бросают,

Восторг, наряды, деньги, лесть… чтобы затем вернее съесть.

Паук

С улыбкой нежной любит кушать жуков, и бабочек, и мушек.

Ткет паутину сладких слов, затем прыжок – клиент готов.

Муравей

Трудился до изнеможенья он за почет и уваженье.

Теперь опять одни труды, но ради денег и еды.

Привык работать он везде и overtime и night и day,

И ждать, подохнет он когда от непосильного труда.

Пчелы и мухи

Жужжат открыто и свободно среди своих и всенародно.

У многих дикция, амбиция, у некоторых эрудиция.

Где воду льют, где правду режут, чего не знают – там «добрешут».

И любят как родную маму ее величество рекламу.

Клоп

Чтобы набить полнее глотку, он кровь сосёт, как пьяный водку.

Разбух, но всё же вновь и вновь он пьёт у подчинённых кровь.

Кузнечик

Пристроенный и безработный, всегда весёлый, беззаботный.