Я у тебя болю…

Полной грудью вздохну и в небо

с благодарностью – сто спасиб,

что когда умоляла: "Мне бы –

хоть на день его!." – обнесли,

обвели объездной дорогой

(Ведь дурным и семь вёрст – не крюк!):

не твоё, не бери, не трогай –

он не враг тебе, но – не друг…

Протрезвею, смирюсь, поверю,

в то, что, если б хотел – то смог!..

И за прошлым закрою двери,

да сменю, наконец, замок…

Стихам адвокаты нужны ли?

Стихам адвокаты нужны ли?

Свидетельствуют: жили!

Падали и вставали,

без греха – да едва ли,

вот только в руке моей

от роду тех камней

не было для броска —

для ласки моя рука,

для поцелуев – губы,

голос – кричать "Любо!",

пара красивых ног —

для интересных дорог,

да, говорят, были

когда-то еще – крылья,

только их сразу тут —

крадут…

Я ли не деревенская?

Я ли не деревенская?

Знаю секрет простой,

что нашептать, чтоб женское

счастье – не на постой,

а чтоб на веки вечные

в доме жило моём,

чтобы ты, мой не встреченный,

сам поселился в нём…

Дело-то не подсудное —

милого присушить,

но из моей посудины

не разрешу допить,

я ни конфет, ни яблочко

надвое не делю,

чтоб запорхали бабочки

и ты сказал "люблю".

Я не хочу привязывать

милого ворожбой —

глупо победу праздновать,

если ты телом – мой,

но в несвободе мучаясь,

рвётся назад душа,

это благополучие

стоит хотя б гроша?

Знаешь, я – деревенская,

только проблема в том,

что мне не надо – женского

счастья. Хочу вдвоём

не колдовскими чарами —

только любовью жить.

Если с тобой не пара мы —

ну, так тому и быть.

Отпускаю

Говорят: отпусти – вернётся,

всё, что было твоим – твоё.

Без тебя не сияет солнце,

тучей чёрною – вороньё

надо мною кружИт и крУжит:

ждёт добычи, ведь я – почти

умерла без тебя. Не нужной

стала глупая жизнь.