Ищу в несложном глубину

Об осознании своего предназначения…

Позже, когда я стала следить за его творчеством в литературных альманахах, в «Фейсбуке» и «Инстаграме», узнала, что этот русский поэт более четверти века живёт в Стокгольме и там тоже выступает перед любителями русского языка и поэзии. «Очарование стиха», – так бы я назвала поэзию Андрея Межеричера…

Я была рада за него, но нисколько не удивлена, когда узнала, что он состоит в Российском союзе писателей, награждён несколькими медалями за вклад в российскую литературу и сохранение в ней традиций русской словесности.

В этом году Андрею Игоревичу Межеричеру исполняется 65 лет. Я от души поздравляю его с юбилеем и выходом в свет очередного сборника стихов. Желаю дальнейших творческих успехов!

Лидия Ивановна Русанова,

доктор исторических наук,

член Союза писателей и Союза журналистов,

президент Фонда развития гражданского общества

«Международный Женский Конгресс»

От автора

Дорогие читатели!

Представляю вам мою новую книгу, изданную в Москве – городе, в котором я родился, где прошли мои детство и юность.

Я всегда любил стихи и начал сам писать очень рано. Что было тому причиной, я не знаю – может быть, отчасти то, что родители были учителями по образованию и оба увлекались поэзией.

Помню, как мы, дети, с нетерпением ждали выходных: вся семья собиралась за большим столом, чтобы играть в «буриме?», когда все участники сочиняют стихи по заданным рифмам. Те, кто быстрее и лучше написал, получали призы или угощение.

В этой поэтической дуэли участвовали все в семье, и даже мы, дети, ходившие в начальную школу. Взрослые внимательно выслушивали и хвалили наши наивные сочинения.

Я с детства носил очки, и за любовь к чтению дома меня звали «профессором», хоть я и был довольно шаловливым ребёнком. Единственным средством заставить меня сидеть тихо было дать мне в руки книгу. Я любил сказки Пушкина и многие из них знал наизусть. Много времени мы с сестрой проводили с нашей бабушкой, литературным редактором одного из московских издательств.

Особенно памятны мне вечера, когда бабушка в окружении всей семьи трепетно раскладывала на столе письма и блокноты со стихами и рисунками моего деда, Леонида Петровича, журналиста и художника, расстрелянного в сталинское время. Мы бережно листали пожелтевшие страницы…

Возможно, всё это – творческая атмосфера в семье, литературная преемственность поколений – и сформировало во мне особый интерес к поэзии.