Камбала. Роман в двух книгах. Книга первая

Мы же, как я понимаю уже немного знакомы, – ответил я, с легкой иронией, увидев, что под глазом последствия синяка, хоть и при плохой освещенности просматриваются.

– Я смотрю, ты в городе «центруешь», – Князь, говоря об этом, имел ввиду центральные районы города, где исторически, студенты чувствовали себя свободно и безопасно, центр был, как общая для всех территория, своеобразные «нейтральные воды», – за тобой братва стоит. Нам ссориться с тобой и твоей братвой не резон. Давай заключим мир или как?

– Лучше плохой мир, чем хорошая война, – вспомнил я вслух крылатое изречение.

– Чё? – спросил кто-то из тех в толпе моего оппонента, кто совсем плохо в школе учился.

– Я говорю, это лучшее из всего, что можно предложить. Тем более, что до нашей стычки, я считаю, что она была вовсе не обязательна. Ты же знаешь, как раньше у нас было, если студент провожал девушку домой до подъезда или калитки. Трогать его нельзя было. Так? Но обратно… Не обессудь, он на вашей территории.

Унижать при девушке парня было у нас тоже «за падлО». Так? А тут, как минимум, в первый раз была несостоявшаяся попытка, а после уже и состоялась. Но, согласись, что позорно толпой одного месить. Разве, нет?

Блондину не очень понравилось моё напоминание, особенно случая, который его, как вожака обезумевшей «стаи» не красило совсем. Тем более, что это произошло с его участием и под непосредственным руководством. Видя, что Князь ищет что сказать в оправдание, я продолжил:

– «Синяки украшают мужчину», в них нет ничего пагубного, я помню, мы в детстве даже хвастали, показываясь перед пацанами в таком виде, да ещё, если тот, с кем была стычка не в лучшей форме тоже, говорили: «Да вы на него посмотрите…, как я ему задал».

А вот, если сломаны ребра, да ещё от ударов ногами «лежащего» – это уже позор и неуважуха беспредельщикам. Согласен, Князь?!

Князь, немного менжуясь, повернулся назад к своей братке, жестом что-то показал и замямлил:

– Да! Но, вот… Давай серьёзно.

Сейчас «накатим» и поговорим.

– Ну, почему бы и нет, коли разговор стоящий. Я думаю, что тому, что напрягает обстановку, вот этому противостоянию невидимому, но ощущаемому даже шкурой, когда идёшь и озираешься, не зная, что и от кого ожидать.

– Студент, как тебя зовут? Я слышал, что и погоняло у тебя есть?

– Значит, так и зовут, раз погоняло слышал. Раз Дядя Саша, стало быть Саней и зовут.