Камбала. Роман в двух книгах. Книга вторая

Кто это? «Это он, это он, с города Цесис почтальон» – это о тебе.

– Да не так же. Я помню стихи Маршака. Там так говорится:

Кто стучится в дверь ко мне

С толстой сумкой на ремне,

С цифрой 5 на медной бляшке,

В синей форменной фуражке?

Это он, это он,

Ленинградский почтальон.

…

– Потому ты и в почтальоны пошла?

– Да, нет. В институт не поступила, хотела врачом стать. Вот тут уже привыкла, мне нравится. До лета подумаю, если желание появится снова, буду готовиться и пробовать поступить.

Хотя, сомневаюсь, если сразу не получилось…

– Поступишь, если сильно захочешь.

Наташа лежала, я оберегал её сон. Когда подходило время провожать девушку на автобус, я предложил:

– Останешься со мной? Позвони маме, что у подруги заночуешь.

– Неудобно, ладно там, в вагончике, а тут…

– Всё нормально, мы тихонько, как мышки будем себя вести.

Выйдя покурить, я позвал «годков», с которым обустроился по соседству в «горнице» на сцене и спросил:

– Мужики, вам будет не совсем комфортно, но я хотел Наташу оставить здесь.

Мы простынкой уголок завесим. Вы, как? Не в обиде?

– Бессонная ночь нам предстоит, но чем не пожертвуешь, ради морского братства, – за всех ответил Серёга, – ладно, Сань. Только вы же там не буйствуйте, без охов-вздохов, иначе я за всех ручаться не смогу.

– Хорошо, Серый! Спасибо вам, мужики!

Кто пользовался хоть раз в жизни раскладушками ил алюминиевых трубок с пружинами и натянутого изначально, а со временем свисающего до пола брезентом, тот согласится, что эта такая галиматья.

Короче, «не долго музыка играла, недолго фраер танцевал» и среди ночи на одной стороне трубка лопнула, и мы с грохотом оказались на полу. Ну не рассчитана эта вещь на двоих, да ещё буйных обладателей спального места.

Там и одному-то неудобно. Но нам было удобно спать в «два яруса». Натаха, довольно миниатюрная девушка не создавала особого давление на мою грудь и все члены, расположенные под ней, а лишь получал удовольствие, коим я, конечно же пользовался.

А после «аварии» пришлось найти кирпич, книги и всё, что под руки попадется, чтобы восстановить наше ложе. К утру счастливые угомонились.

– Саня, на завтрак пойдёте, – шепотом спросил мой сосед за ширмой из простыни.

– Ой, не хочется идти. Если можно, что-нибудь вкусненького, булочек и ещё чего принесите. Я спать.

Когда ночь в очередной раз оказалась бессонной, утром так хочется поспать, спасу нет. Но я проснулся от громкого шороха штор на сцене.